Онлайн книга «Искатель, 2006 № 12»
|
— Вот те на! — Матрос бурно выпустил дым. — Каждая боевая единица имеет значение! Юденич под Питером! Если каждый раздолбай будет сейчас топить в болотах «ньюпоры», это что же будет, а? Посетитель молча пожал плечами. — Не соображаешь? — Пожалуй, нет. — Так! — словно топором обрубил матрос. — Вижу, некоторые не понимают текущего момента. — Ну да. Я действительно не понимаю, о чем вы говорите. Мне кажется, вы несете какой-то… Посетитель осекся. Матрос забарабанил пальцами по деревянной кобуре, пристегнутой к поясу. — Молодченко! — рявкнул он. В комнату, путаясь в необъятной шинели, вбежал молодой солдат с винтовкой, которая была длиннее самого юнца. — Звали, товарищ Сковородов? — Мандат… Его мандат! — Товарищ Сковородов указал пальцем в сторону посетителя. Солдат тотчас сорвал бумагу, наколотую на штык винтовки, и протянул начальнику. Тот долго изучал ее, потом обронил: — Так и есть. — Что-то не так, товарищ Сковородов? — Ты бумагу читал, Молодченко? — осведомился тот. — Не-а. Я ведь грамоте того… Я хоть и местный, городской, но школы не кончал. — Это писулька, а не мандат! — хлопнул матрос по столу ладонью. Солдат испуганно дернул острым мальчишеским кадыком. — Товарищ Сковородов, разрешите? Я его, контру, сейчас… — Стоп машина! Полный назад! Кто такой профессор Зелинский? Раз ты местный, должен знать такого. — A-а… Плюньте и разотрите, товарищ Сковородов. — Гм! Солдат ухмыльнулся: — Старикашка один тут. Ученый вроде бы. Они из Питера. — И что этот ученый из Питера делает в Утонске? — А пес его знает! Он тут у нас уже несколько лет. До революции, сказывают, что-то искал на болотах. — Профессор Зелинский открыл месторождение горючих сланцев, — объяснил посетитель. — Он единственный человек, который выслушал меня до конца. Правда, и он бессилен чем-либо мне помочь. Посоветовал обратиться в ревком. То есть к вам. — Ум-м… — Матрос задумался. — Да он совсем смирный, старикашка-то, — заверил солдат. — Живет постоем у одних тут, в затоне. При нем еще студентишки были. То ли трое, то ли четверо. Разбежались, когда казенный харч приели. — Разбежались, говоришь? — Нуда. — Жаль. Мы бы их на болота и снарядили. — Их? А зачем, товарищ Сковородов? — Аэроплан этого вот раздолбая вытаскивать! — Какой аэроплан? — Марш на пост! И не задавать лишних вопросов! Солдат, гремя винтовкой, живо устремился к двери. Воцарившееся молчание нарушил посетитель: — Там не так много работы, как может показаться. Это ведь не настоящее болото, а только заиленный пруд. Воду отвести в соседнюю речку и… Матрос перебил его: — Нет у меня людей! Понимаешь, браток? Вон, один Молодченко. И швец, и жнец, и на дуде игрец! — Значит, надеяться мне не на что, — проговорил посетитель уныло. — Не хнычь, летатель! — матрос ободрительно усмехнулся. — Вот разделаемся с врагами революции и достанем твою этажерку! — Но это же война: голод, разруха, смерть… Товарищ Сковородов подался вперед. Очень медленно вынул изо рта окурок самокрутки и положил в мраморную чернильницу. — Продолжай, продолжай. Мне стало интересно, — многозначительно произнес он. — Да нет, это я так… — А ты, случаем, не золотопогонник ли будешь? Переодетый? — Простите? Не понял. — Офицер, спрашиваю? — пророкотал матрос. Посетитель немного подумал. — Офицер — это лицо командного состава вооруженных сил, если не ошибаюсь? |