Книга Искатель, 2006 № 11, страница 85 – Журнал «Искатель», Андрей Кожухов, Ян Разливинский, и др.

— Хорошо бы, — произнес Рокса.

19.

— Ну вот, — сказал Рокса, когда они остановились передохнуть, — больше половины уже пробежали.

Перед ними был зал, заваленный всевозможным металлическим мусором. Мотин сразу же вспомнил недавно прочитанный роман. Там по сюжету на Земле не было металла, а потом все железо разом объявилось. Глупость, конечно: не было бы железа — не было бы магнитного поля, а значит, и жизни не было бы. Но в целом то, что они сейчас видели, очень напоминало последние страницы романа, где герои бродят по колено в железе.

— Что здесь такое?

— Если весь мир — одно большое помойное ведро, то это… — Рокса выжидающе посмотрел на Гошу и Мотина, но, не дождавшись никаких предположений, закончил: —…то это — ведро поменьше. Грязь и мусор.

— А мне больше напоминает кладбище почему-то, — тихо сказал Мотин, озираясь.

Редкие, тлевшие в треть накала лампы не давали достаточно света, но все равно можно было разглядеть, что завалы, меж которых они двинулись, состояли из тысяч сваленных вместе вещей. Влажно блестели, выставив черные трухлявые клыки, обломки досок, толстостенные трубы, раскуроченные деревянные и пластиковые корпуса, мосластые детали непонятных механизмов. Под ногами хрустела стеклянная крошка.

— В общем-то правильно, — шедший впереди Рокса на миг оглянулся. — Кладбище и есть. Батяня рассказывал, что был период, когда людей конкретно загнали под землю. Они жили в канализации, как первобытные люди в пещерах. Утром уходили на охоту, вечером возвращались с добычей. То, что не годилось в хозяйстве или ломалось, выкидывали в такие вот залы, чтобы не загромождать проходы. Так в каменном веке выкидывали обглоданные кости. Тут одно дерьмо. Мальчишками мы иногда лазали на эти мусорки.

— Только железо? — спросил Мотин.

— Что — железо? — не понял Рокса.

— С поверхности приносили только железо? Тут один металлолом.

Рокса встал, предупреждающе подняв ладонь, и остальные, не сговариваясь, замерли тоже. Под куполом пещеры — если это был купол — повисла тишина, которую пыталось пробить еле слышное ритмичное «кап-кап». Если не вслушиваться — то и не услышишь.

— Показалось, — обмер Рокса и шагнул дальше. — Нет, приносили и всякую ерунду. Ну, не в смысле — настоящую ерунду, а в смысле, что не особо нужное. Игрушки там, книжки. У меня, помню, целая библиотека была, штук пятнадцать. Гайка, вон, помнит. Помнишь, Гайка?

Гайка, не оглядываясь, кивнул.

— «Робинзона Крузо» помню, — продолжал Рокса, подныривая под широкую трубу, косо пересекавшую узкую тропку меж железных холмов. — Подфартило мужику: целый остров под ногами и ни одного «мешка». И экология такая, что нам и не снилось. Сказка! Еще учебник помню. «Природоведение» за 2-й класс. Обложки нет, замусоленное, зато картинки цветные. Батяня посадит меня на колени, книжку развернет: это зебра, зебра живет в Африке. А какие, на фиг, зебры, какие Африки, если я кроме подвалов с крысами ничего не видел… А все равно повторял: зебры, Африка. Так и выучился. И про слонов знаю, и про бизонов.

— Мелкий видел зебр, — решил вдруг пообщаться Гайка. — Только давно, года три назад. Он тогда с байраковскими хотел до Москвы добежать. Там, говорили, под всем городом подвалы накопаны — да не чета здешним: сухие, с нормальными лестницами, с электричеством. Как будто специально к войне готовились. Только Байрак до Москвы не дошел. Они тогда до Троицка по Десне доплыли, думали, оттуда ближе будет до Москвы. Но ничего не вышло. Они двоих потеряли и обратно повернули. В больших городах от «мешков» не протолкнуться.