Книга Крест княгини Тенишевой, страница 85 – Людмила Горелик

Ориентировки, между тем, были уже с утра разосланы по всем московским отделениям полиции. От самой московской квартиры Гену вели. При выходе из электрички к нему подошли двое полицейских. Один попросил документы, второй, пока он медленно рылся в барсетке, взял за плечо. Челяпин рванулся из крепких рук. Рвану-у-у-лся, отбросил барсетку, спрыгнул на рельсы рядом со своей электричкой: на тот путь поезд приближается, тем лучше, надо выскочить с другой стороны, тогда не догонят. Железная задница вагона, маневрирующего перед остановкой, лязгнула недалеко от лица — потного, с вытаращенными глазами, с всклокоченным от ужаса чубом. Вертикальный цементный откос был слишком высок, ухватиться не за что, нога соскальзывает с вертикали. Гена все-таки лезет, все лезет, но все соскальзывает подошва по крепкому гладкому цементу. Железная мощная стена сближается с почти такой же, чуть ниже, цементной. «А-а-а-а!» в яме с рельсами. «А-а-а- а» — это разноголосое вокруг. Все бегут, кричат. Громкий лязг остановившегося вагона.

«Погиб при задержании» — так будет написано в протоколе.

В середине октября у Елены Семеновны собрались гости — несколько человек, принимавших участие в летнем расследовании по делу о Тенишевском кресте и о взорвавшемся самокате. Пришли Муркины (Витя к этому времени выписался на работу, передвигался, правда, с тростью), Таисия Кирилловна, Петр Алексеевич Кружков и, конечно, Потапов.

Вчера в музее «Русская старина» Кружков передал крест музею. Особых торжеств не было, просто подписали договор дарения — так Кружков захотел. Он долго сомневался, но все же, поговорив с отцом Иоанном, решил передать музею, а для церкви заказал копию. Тоже из серебра и драгоценных камней, и эмаль заказал.

Отец Иоанн согласился с ним. «Раз церковь этот крест продала княгине для музея, то пусть и будет в музее. Он уже не церкви принадлежит. Нам чужого не нужно. Богу послужим с новым крестом, тем более он такой же красивый, и не отличишь» — сказал отец Иоанн, принимая копию. А Тенишевский Таисия Кирилловна выставила в экспозицию. В общем, передача креста музею осуществилась без торжеств. И сегодня тоже грустно сидели. Да и откуда ж хорошему настроению быть если начали с поминок — Костю Разумова помянули.

— Он за меня погиб, — сказал Витя. — И мне теперь с этим жить. Я все свои поступки теперь с Костей сверять буду.

— Мы все одной нитью связаны. — Согласился Кружков. — Поступок одного

влечет последствия для другого. И не дано предугадать, куда нас эти последствия заведут. — Ему было и Челяпина жаль, запутался вконец этот парень, с детства запутался. Но признаться в жалости к убийце он не мог. Челяпин получил то, что заслужил.

— Омаровой условный срок дали. — угадав его мысли, произнес Потапов. — она только икону украла, про остальные дела сына не знала ничего. А икона недорогая.

— Для Шуры дорогая — духовная ценность велика. Хорошо, что икона не пострадала, и я смогла ее Шуре вернуть. — улыбнулась Леля. И вдруг спохватилась. — Да что ж не ест ничего никто?! Я так старалась, за мясом для котлет на рынок ходила.

— Очень вкусные котлеты. — улыбнулся Кружков. С теми, что в «Русском дворе» подают, даже и не сравнить. А я ведь не очень верил, что мы найдем преступника и будем это отмечать. Давайте за успех тоже выпьем, а то мы грустно как-то сидим… Все же это победа, а не поражение.