Книга Гипноз, страница 89 – Макс Ганин

Для этого необходимо было заручиться поддержкой Екатерины как самой главной в семье. Он это отчетливо понял после почти двухмесячного пребывания совместно со всей своей многочисленной родней на даче. Его мать была довольно сильной духом и с крепким характером женщиной, ее воле подчинялись все вокруг. Но не потому, что боялись, а потому, что очень сильно ее любили. Она с воодушевлением восприняла просьбу отправить его на машине вместе с отчимом и водителем. Екатерина радовалась любому проявлению самостоятельности сына, поддерживала все его начинания, расценивая эти желания и поступки, как начало процесса восстановления прежнего Гриши и превращения его в привычного сильного и волевого Григория Викторовича.

Во вторник, 12 сентября, группа мужчин во главе с Богданом отправилась в район станции Воймежный в поисках недостающих улик. Гришин отчим, будучи скептически настроенным ко всему в этой жизни человеком, сомневался в успехе их предприятия. Как и вообще в данных, полученных в голове пасынка с помощью непонятных и необъяснимых наукой манипуляций врача. Для него эта поездка была лишней тратой времени, но он не смел спорить с женой и подчинился приказу «вышестоящего начальника».

Расстояние в двести с небольшим километров они преодолели почти за три с половиной часа. Для буднего дня это был неплохой результат. Выехали в районе девяти, поэтому еще застали спадающие утренние пробки на дорогах, особенно в пределах столицы. После полудня погода наладилась, из-за туч выглянуло солнце и стало греть не по-осеннему тепло. Гриша специально оделся в ту же одежду, в которой он был здесь в июле, на случай, если кто-нибудь из местных сможет узнать его, поэтому теплая погода, позволяющая долго находиться на природе легко одетым, стала для него знаком свыше и как бы подтверждением правильности направления его движения и ответом на молитвы Екатерины.

Рядом с железнодорожной платформой находилась огромная конгломерация различных дачных товариществ, кооперативов и садовых участков. Они перетекали из одного в другой, не имея разделительных заборов, шлагбаумов или каких-либо указателей с обозначениями. Сперва они долго колесили на машине по закоулкам и улочкам в поисках знакомых Грише мест. Все дома архитектурно были похожи друг на друга и различались цветом и заборами. Искать тот самый дом, в котором держали Тополева, среди тысяч таких же было сродни поиску иголки в стоге сена, поэтому он решил отталкиваться не от здания, а от проселочной дороги, по которой убегал в день своего похищения и которую неплохо вспомнил под гипнозом.

Вернувшись к единственному въезду с трассы в дачное царство, Григорий попросил водителя остаться в машине, а сам вместе с Богданом пешком направился по показавшейся ему знакомой проселочной дорожке. Шли они довольно долго, часто останавливаясь и изучая окружающие виды. С одной стороны, дорога была ему знакома и очень походила на ту, что он вспомнил, с другой – ему казалось, что расстояние от дома до остановки автобуса было гораздо меньше, поэтому боялся потерять еле заметную вымышленную им ниточку в руках, которая должна была привести к конечному пункту назначения.

Поиски продолжались более двух часов и основательно вымотали Богдана, он с трудом переносил жару, жажду и накатывающий на него голод. За 25 лет его счастливой совместной жизни с Екатериной он полюбил и ее сына как своего, поэтому теперь стойко воспринимал все невзгоды и напасти, свалившиеся на их семью, поддерживал Гришку чем мог и ходил за ним повсюду, охраняя и оберегая как самое дорогое в жизни. За это время они не встретили ни одного человека, даже местный магазинчик и тот был закрыт на подвесной замок – лето закончилось, и дачники разъехались по городам и весям.