Книга Между булок, страница 19 – Джи Спот

— Я должна знать, кто вы, и к кому идёте, — настойчиво ворчала женщина, шаря рукой под столом, в поисках очков.

— Я шлюха и дешёвка, и уже ухожу. Сколько времени? — сердито спросила я, старушка нахмурилась считая, наверное, что не правильно услышала сказанное.

— Почти половина двенадцатого — недовольно ответила она, надев найденные очки на нос, и глядя на экран своего телефона.

— Твою ж мышь! — выругалась я, топая ногой в одноразовом тапке.

— Девушка, вы идите скорее, куда шли...Здесь, таким как вы, не рады, — старушка высокомерно смотрела на меня поверх очков, дужка которых была перемотана пластырем.

— Я это уже поняла, — вздохнула я, не придумав остроумного ответа "божьему одуванчику", и смиренно поплелась на выход.

На улице нещадно палило солнце. Благо, сегодня был тёплый и ясный день, иначе я бы в своём "дизайнерском" наряде продрогла до костей. Дефилируя в белых тапках по престижному микрорайону, я привлекала к себе не меньше внимания, чем слон в посудной лавке. То и дело меня обдавали высокомерным взглядом, и тут же отводили глаза в сторону, будто я кучка собачьих какашек, лежащая на тротуаре.

"Люди такие мерзкие..."

Без телефона я даже не могла вызвать такси, а подходить к прохожим с такой просьбой я не рискнула, уж слишком недружелюбно, и даже испуганно, они выглядели. Спустя полтора часа, я с горем пополам добралась до ближайшей станции метро. К тому моменту тапки стали серыми от дорожной пыли и сажи, а подошва в одном месте протёрлась насквозь. Чувствуя кусочком оголённой плоти холод пола метрополитена, я, кажется, ощутила себя на самом острие жизни.

"Вот тебе и сказка о Золушке, дурочка..."

Лерча мирно посапывала в своей кровати, выставив к верху пятую точку. Стараясь не разбудить подругу, чтобы избежать вопросов, я тихо потянула дверь на себя. Но чёртовы петли заскрипели, как в детской страшилке.

— Хоспади Иисусе! — вскрикнула Лерча, и села в кровати, вытирая слюну с щеки.

— Нет, это всего лишь я...

— Мать, что это с тобой? Ты прошла афганскую войну? — округлив глаза, она осмотрела меня с ног до головы. — Что у тебя на ногах?

— Просто... Молчи, — я сбросила грязные порванные тапки, и рухнула в кровать лицом в подушку.

В этот момент внутри меня прорвало слёзопровод. Я заревела так, будто мне палец дверью прищемили.

— Мать, мать... Твою ж мать... — Лерча подскочила с кровати, и засуетилась вокруг меня. — Что этот подонок сделал?! Я ему глаз на жопу натяну!

— Ни — че — го!!! В том то и дело! — хлюпая носом, сказала я.

— В смысле?

— У нас ничего не было... Я просто спала в его кровати, а утром по-тихому слиняла, — растирая слёзы по щекам, поведала я о своих приключениях.

— Ох ты и тормоз... Просто, обнять и плакать, — Лерча критично смотрела на меня, качая головой.

— А ещё я просрала светкины "лабутены", — заревела я с новой силой, давясь соплями.

— Ой, да забей, с "Овощевода" её "лабутены"... Хер с ними, не велика потеря, — она села рядом на кровать, и похлопала меня по спине. — Успокойся, и расскажи, что там произошло у вас.

После моего подробного сбивчивого рассказа, Лерча молча встала и ушла на балкон курить. А я осталась одна, всё ещё содрогаясь от всхлипов. Когда подруга вернулась, её лицо было серьёзным как никогда.

— А знаешь, что случилось на самом деле? — спросила она, уперев руки в бока.