Книга Тайна Морин, страница 28 – Джи Спот

— Клаудия, прошу, тебе нужно сейчас меня возненавидеть, всем сердцем.

— Гер друг, но как я могу! Дороже тебя нет никого на этом свете!

Голова Идана кипела в отчаянии, он лихорадочно перебирал суматошные мысли, пытаясь решить, что делать дальше.

— Проваливай отсюда, маленькая потаскуха! — вдруг выкрикнул Идан.

Он старался сделать свой голос грозным, но тому мешал предательский ком в горле, который душил его.

— Гер друг… — Клаудия вздрогнула будто от удара хлыста.

— Я тебе не друг, шавка. Мерзкая девка! Проваливай, пока я не прибил тебя! — его голос окреп, и сделался громким и жёстким, отражаясь от стен он гудел, и перекатывался под высокими сводами комнаты.

— Но, что я сделала не так? За что? — обиженно спросила девушка, делая шаг назад.

— Это ты виновата! Ты убила её! Я ненавижу тебя! — он сделал резкий выпад в её сторону, и занёс над её головой сжатый кулак, вены на руке вздулись, будто вот-вот лопнут. — Катись отсюда, пока я не проломил твою тупую башку!

Клаудия вся сжалась, и осела на пол, она дрожала как маленький крольчонок перед волком, но не уходила. В этот момент Идану пришлось сделать самый тяжёлый шаг в своей жизни… Он замахнулся, и наотмашь ударил Клаудию по щеке тыльной сторой ладони. Разумеется, он бил даже не вполсилы, но этого оказалось достаточно. Клудия вскрикнула, схватилась за щёку, а когда подняла глаза он увидел в них то, чего хотел. Ненависть…

Она смотрела на него несколькосекунд, а потом поднялась, и убежала из столовой, даже не оглядываясь. Сердце Идана замерло, в этот момент он почувствовал себя настоящим чудовищем, мерзким, отвратительным отребьем. Он медленно повернулся к часам, страшась поднять на них взор. Дрожа всем телом, о сделал глубокий вдох, и поднял фонарь повыше. По инерции стрелка сделала ещё несколько щелчков, и замерла.

Вздох облегчения вырвался у него из груди, рука, держащая лампу, на секунду дрогнула, и мужчина услышал звон стекла. С ужасом он увидел, что масло из лампы растеклось по полу вокруг него, и вспыхнуло. Языки пламени жадно накинулись на ковёр. Замысловатый узор мгновенно поблёк, и скорчился, поглощаемый древней стихией. Идан поднял глаза на часы и понял, что ему следует сделать. Он решительно шагнул к каминной полке, и двумя руками повалил часы прямо на пылающий ковёр.

Раздался оглушительный грохот, будто гром ударил за окнами. Пламя жадно накинулось на предмет, попавший в его объятия. Раздалось шипение, треск, жужжание какого-то механизма. И вдруг комнату огласил оглушительный звон.

Часы отбивали громогласное: "Ббббаааааууууууэр, ббббаааааууууууэр, ббббаааааууууууэр…"

Ноги Идана подкосились, и он рухнул на пол без сознания. Рядом звенели часы, отбивая оставшиеся секунды его жизни. Но внезапно в комнату ворвалась растрёпанная и взволнованная Клаудия с большим молотом, который она раздобыла в конюшне. Она подскочила к часам, и со всей силы обрушила на них молот, а затем ещё раз, и ещё, пока часы не смолкли.

Тогда она откинула молот в сторону, спокойно потушила занявшийся огнём подол платья, и бросилась к Идану.

— Гер друг, очнись! Только бы ты не умер! Гер друг! — отчаянно звала она, тряся бессознательное тело друга.

Огонь вокруг бушевал всё сильнее, хватая мебель и шторы, картины и книги. Будто ненасытное балованное дитя в магазине сладостей. Идан не подавал признаков жизни. Тогда Клаудия наклонилась к его голой груди и приложила ухо к сердцу.