Книга Мама для Зефирки, страница 8 – Полина Эндри

Стою, точно вкопанная.

— Можно войти?

Киваю, дрожащими руками распахнув дверь шире. Кто же знал, что появление горячего красавца в моем доме напрочь отобьёт у меня речевую функцию... И опорно-двигательную, кстати тоже.

Мой незваный гость по-хозяйски заходит в дом, не спеша раздеваться.

— Она спит, я бы не хотела ее будить, — хрипло выговариваю я. А вот и голос прорезался.

Мужчина медленно оглядывает мое скромное жилище, кивая самому себе.

— Хорошо, я тогда подожду, — заваливается внутрь прямо в ботинках и пнув нагло мою упавшую челюсть куда-то под диван, плюхается на него сверху. — Вы же никуда не спешите? — спрашивает как бы вдруг вспомнив.

— Я? Ну вообще-то...

— Это что у вас, осколки стекла на полу? — нагло перебивает обаятельный мерзавец. — Я бы хотел посмотреть, в порядке ли она.

Блеснувшие недоверием глаза сверкнули напряжённо в мою сторону. Пха. Да пожалуйста. Махнув рукой в сторону спальни, молча вскидываю подбородок.

Мужчина подымается и идёт широким шагом туда, приоткрывая дверь. Я же не удерживаюсь, идя по пятам. Встаю на цыпочки, выглядываю сзади через могучее плечо в тонкий проем, где сладко сопит маленькая Зефирка. Мужчина любуется ею несколько секунд, выглядя уязвимым, после чего медленно выдыхает, все же прикрывая за собой дверь.

— Убедились? Руки ноги на месте, следы побоев отсутствуют, и нет, я не пожираю сердца детей на ужин.

Мужчина смотрит на меня с пока что непонятными эмоциями в глазах.

— Юморишь, — губами ползет понятная только ему улыбка, когда он поднимает лицо, вновь оглядывая дом. — Ты одна живёшь?

— Переживаете, как бы Зефирку никто не съел? — говорю едко. — Послушайте, а знаете что? — вдруг выдаю я, следуя по пятам, когда он преспокойно себе возвращается в гостиную, проигнорировав мою нелепуюшутку. — Давайте-ка я все же разбужу вашу Зефирку. Поедете себе спокойненько домой, к жене, как раз новый год там, праздник, все дела...

— Ни в коем случае, — строго перебивает меня мужчина. — Пусть спит, я подожду.

Плюхается на диван, беря со столика женский журнал о моде. Я скрещиваю руки на груди, щурясь.

— И нет у меня сейчас жены. Мы с Зефиркой в эту новогоднюю ночь совершенно одни.

— Вы что, назвали ее, как сладкое пирожное?

— Ее зовут Злата. Ласковое "Зефирка" придумала моя жена, — резко закрывает журнал и поднимая взгляд щурится на меня. — Мы с вами нигде не пересекались?

— Я переехала сюда два месяца назад. Так что вряд ли мы с вами встречались.

Мужчина кивает и больше не задаёт лишних вопросов. Так бы и наверное продолжились наши нелепые молчаливые посиделки, если бы из спальни вдруг не раздался перепуганный до смерти голос ребенка:

— Алина!!!

Отец Златы сам не свой бросается в спальню. Пока я отхожу от потрясения, медленно поглощая информацию, оттуда уже доносятся плаксивые всхлипы и детский плач.

— Папуля, папочка... ПАПА!!!

Отмерев, я на цыпочках подхожу, чувствуя себя лишней в собственном доме. И ведь вовсе не для моих глаз предназначена эта дико умилительная картина.

— Зефирка моя, — целует в обе щеки, обнимает свое чадо, прижимает к себе, стирая слёзки. — Ну всё-всё, сейчас поедем домой.

— А Алина поедет с нами?

— Нет, Зефирка, Алина останется у себя дома.

— Арина, — тихо поправляю, наблюдая с порога.

Мужчина кидает на меня мимолётный взгляд, только сейчас замечая.