Книга Измена. (Не) твои дети, страница 53 – Мария Мендес

– Послушай, я не дурак. Всё прекрасно вижу и понимаю. Ты вернула кольцо Жданову, значит, между вами ничего не было. А ещё это означает, что ты всё ещё не забыла Глеба.

Олег застаёт меня врасплох этим разговором. Я не готова сейчас об этом говорить, мне и так плохо. Начинаю сразу нервничать, а Олег продолжает:

– Просто скажи ему, что ничего не было. Пора сдаваться, снежная королева. Он и так весь твой с потрохами. Думаю, и наказание понёс довольно жёсткое. Дай ему шанс. Я могу поклясться тебе на крови, если понадобится, что он больше никогда тебя не расстроит.

Ничего не отвечаю, бегом поднимаюсь наверх к себе и пытаюсь отдышаться.

Не знаю, что делать, не знаю, что сказать. Я просто растеряна и разбита. Слова Олега ещё большую смуту навели в моей душе… Кажется, я медленно начинаю сходить с ума.

В голове туман из-за стресса и отсутствия сна за прошлые сутки. Я просто не могу адекватно рассуждать, да и не хочу больше думать. Достаю чемодан и складываю туда как попало свои вещи.

Не могу здесь больше оставаться, не могу. Мне нужен перерыв, время без Воронцова, я должна хорошо подумать о будущем. А находясь здесь, рядом с ним, не смогу найти решение.

Кажется, что нахожусь рядом с ним, словно у меня нет выбора, нет выхода из сложившейся ситуации, поэтому пора возвращаться на квартиру…

Решившись наконец поговорить с Глебом, спускаюсь вниз. И чем ближе я подхожу к его кабинету, тем чётче слышу какой-то громкий разговор. Это голоса Глеба и его матери. Они очень эмоционально что-то обсуждают, но как только замечают меня, сразу замолкают.

– Я хотела поговорить, но могу чуть позже зайти ещё раз, – заглядываю в кабинет.

– Нет-нет! Проходи, всё нормально. Мы с мамой как раз закончили. Ведь закончили же, да, мам?! – в конце надавливает он интонацией, намекая, чтобы Юлия Сергеевна ушла.

– Нет, мы не закончили! Но мы можем продолжить чуть попозже этот разговор, – Юлия Сергеевна одаривает моего бывшего мужа строгим взглядом, а после забирает Асю у Глеба и выходит из кабинета.

– Прости, я правда не хотела мешать, – неловко мнусь и начинаю сильно нервничать, когда мы остаёмся совсем одни.

– Всё хорошо. Не стой там, присаживайся, –указывает Глеб на диван.

Я благодарно киваю и сажусь напротив него.

Глеб прочищает горло и начинает первым говорить, после того как я затянула момент с молчанием.

– Так о чём ты хотела поговорить?

– Эм… Да, я хотела сказать… В общем, я думаю, что нам с детьми пора уже возвращаться домой.

Он сразу хмурится. Не отвечает ничего. Я вижу, как ему сложно, и как он старается сдерживать свой гнев. То, что он злится, я точно знаю – слишком долго жила с ним под одной крышей.

– Почему? – задает он наконец вопрос.

– Что значит почему? – смотрю на него не понимая.

– Почему сейчас, Кать?

– Глеб, прошу, не усложняй. Ты и так знал, что мы переезжаем временно и лишь для того, чтобы дети про тебя узнали, чтобы они привыкли к тебе и к твоим родителям. Всё это случилось. У нас получилось. Они полюбили тебя, твоих родителей… Нам больше незачем здесь оставаться.

Желваки заходили на скулах Воронцова. Он резко отворачивается от меня и встаёт напротив окна. Открывает его и часто дышит, вдыхая свежий воздух.

– Это всё из-за него? Вы теперь по-настоящему вместе? Вы всё-таки поженитесь? – спрашивает не оборачиваясь.