Книга Она – моя, и Ты тоже!, страница 49 – Мария Мендес

— Хорошо, тогда давай немного поспим.

— Хорошо…

Первые десять минут дались нам обоим очень тяжело. Я дышала часто, и моё сердце билось сильно от того, что я с ним рядом. Не знаю, когда я перестану так на него реагировать.

Он же дышал тяжело и очень горячо. Держался,но в то же время притягивал меня к себе сильно и вдыхал запах моих волос. Касался губами моих волос, а я почему-то делала вид, что не чувствую его касания. Мне было безумно приятно и мне нравилось всё то, что сейчас происходило. Не хотела портить этот волшебный момент. Спустя время он всё-таки расслабился и смог уснуть, видимо усталость взяло вверх над организмом. А я наоборот не могла заснуть. Хотела повернуться к нему лицом, посмотреть на него, не боясь, что он меня спалит. Хотела изучить его ближе, но как только я пошевелилась, он крепко притянул меня обратно к себе и закинул ногу на меня, зафиксировав так, что я больше не могла и шевелиться.

С минуту я действительно не шевелилась, а потом, мне стало так жарко, что дышать стало тяжело.

— Рома, — позвала я тихо, он не услышал. — Рома, — повторила погромче, но снова меня не услышал.

И тогда я повернула к нему голову, хотела громче позвать, но замерла. Наши лица были так близки, что я задела его своим носом. Его глаза были закрыты, и он действительно спал. Мой взгляд упал на его губы. Я помню, какие они на вкус… и я бы хотела повторить с ним те сумасшедшие поцелуи, что он мне дарил той ночью, потому что мне понравилось…

Пристыдив себя за свои мысли отвернулась обратно, но понимала, что я потеряла контроль над собой. Я себе призналась, что он мне нравится, и его поцелуи и ласки тоже. Он такой красивый, сильный, и мне хочется, чтобы он меня обнимал так же, как и сейчас, каждую ночь.

Говорят, что первый мужчина никогда не забывается, и он становится особенным для девушки. Я теперь полностью согласна с этим мнением, не смотря на то, каким образом он стал моим первым. В данную минуту я не хочу об этом вспоминать. Я хочу снова почувствовать его требовательные губы на своих губах.

Эти мысли меня подводят, я загораюсь прямо в его руках, хотя он для этого ничего не сделал, мне достаточно того, что он сейчас так близко. Он меня волнует, и я должна с этим что-то сделать. Надо встать и подышать свежим воздухом, иначе я сделаю глупость, о которой буду жалеть потом.

Решаю посчитать до трёх и потом встать, даже если для этого потребуется разбудить его.

— Раз! — делаю вдох. — Два! — выдох. — К чёрту всё!

Поворачиваю голову и тянусь к его губам. Не смело касаюсь, стараясь вспомнить, как правильно этонадо делать, а у самой в это время немеют руки и ноги от волнения.

— Белоснежка, скажи, что мне это не снится.

Я замираю и быстро перевожу взгляд на его глаза, они закрыты. Я ничего не отвечаю, но кажется слышу каждый стук моего сердца, потому что так сильно и быстро оно ещё не билось никогда.

Зажимаю глаза и повторяю свою попытку поцеловать его. Он расслабляет губы, но не отвечает на поцелуй.

— Я дал слово, и если ты сейчас не скажешь, что даёшь мне добро, я буду вынужден остановить тебя, — отвечает задевая мои губы.

— Один поцелуй, Хасанов. Всего лишь один поцелуй и ничего большего.

Он открывает глаза и пристально изучает моё лицо, а потом кивает.

— Хорошо.

Я поворачиваюсь к нему всем телом, когда он расслабляет хватку. Рома тут же запускает ладонь мне в волосы и впивается в мои губы, беря всё, что может, пока я позволяю. Его умелые губы просто сводят с ума, а его запах действует на меня, словно сладкий дурман. Я забываюсь, видимо он тоже, потому что нагло и по-хозяйки трогает всё моё тело. Сжимает через ткань платья ягодицы, его руки поднимаются вверх и сжимают грудь. Я не останавливаю, убеждая себя, что мы ещё не перешли границу, но это продлилось ровно до тех пор, пока он не накрыл меня собой и не раздвинул коленом ноги. Только тогда я напряглась и пришло осознание, что надо остановиться.