Книга Большая Любовь отца-одиночки, страница 37 – Ирина Ордина

– А я профи по любому типажу: и возбужу, и …

– Слышь, профи! Ты задолбал сегодня! – выхожу я из себя.

– Понял. Ушел. – Кир поднял руки вверх и направился к двери, там обернулся и добавил: – Но вообще ты злой в последнее время. Лариска плохо работала в последнее время, наверное…

Это становится последней каплей. Хватаю со стола кружку и запускаю ею в Кира. Она ударяется о дверь, оставляя вмятину и разлетаясь на кучу осколков. Кирилл успевает спрятаться. Но спустя две секунды его голова вновь показывается в приоткрытой щели.

– Совсем шуток не понимаешь? – крутит он пальцем у виска. – Отдохнуть бы тебе, Дим.

Я уже и сам понимаю, что переборщил с реакцией. Но Кир реально сегодня вывел меня из себя. Да еще Лариса с утра настроение подпортила.

– Наташе скажи, пусть приберет, – мрачно киваю я на осколки кружки.

Когда в кабинете наконец убрано, я все еще сижу и не могу приступить к работе. Почему я сегодня абсолютно спокойно поставил точку в отношениях с Ларисой, а на подкаты Кира к Цветковой взбесился?

Меня накрывает осознанием: Люба мне нравится.По-настоящему. Вся. С ее немодельной фигурой, с ее раздражающей манерой поучать, с ее упрямством. Перед мысленным взором тут же встают глаза с желтыми крапинками на радужке и грудь, которую я вчера видел так близко, что еле сдержался, чтобы не прильнуть губами.

И все это я хочу для себя. Не для Кира или еще кого-либо, только для себя. Со стоном откидываюсь на спинку кресла. Только этого мне не хватало для полного счастья! Если я покажу свою симпатию, Любовь Михайловна станет вить из меня веревки и быстро оседлает.

Только почему мне от этого не страшно? А наоборот, хочется, самому объездить фигуристую кобылку. От этих мыслей кровь приливает к паху. Дожили! Я деградировал в подростковое состояние. А все Цветкова виновата!

Придется ее проучить. На мои губы сама собой наползает улыбка.

Люба

– Как думаешь, я там заведу новых друзей? А что мне взять с собой из одежды? А ноутбук надо или нет? – по третьему кругу спрашивает Даша.

– Не волнуйся. Если что-то не возьмешь, а оно понадобится, я привезу. Друзей ты заведешь обязательно, ты же умница и красавица.

Следующие дни пролетают быстро. Даша пребывает в приподнятом настроении и буквально освещает собой все вокруг. Как же! Папа впервые отпускает ее в поездку в лагерь! Как взрослую. И пусть это всего лишь интенсив на три дня, она все равно очень рада.

Она даже забывает про Ларису. Ни одного слова про нее после Дня Рождения. Возможно, Даша надеется, что после скандала Гораев поостережется приводить в дом эту женщину.

К вечеру дня перед отъездом от волнения Даша не находит себе места.

– Знаешь, мне кажется, нам с тобой нужно сбросить напряжение, – хитро прищуриваюсь я.

– И как? – уныло реагирует на мой энтузиазм Даша.

– Как-как, танцуя! Помнишь, ты мне рассказала, что такое к-поп? А я тебе сейчас покажу, что такое … р-поп!

Даша с ногами залезает на кровать и наблюдает, как я подключаю свой старенький смартфон к ее навороченной колонке. Чертыхаюсь, но все же побеждаю иностранную шайтан-машину. Из колонки раздается развеселое «Вот и прошли года, а мы не старые…» Надежды Кадышевой.

Даша морщится, но позволяет вытянуть себя на середину комнаты. Я заставляю племянницу шевелиться, и уже через десять минут мы лихо отплясываем и воем, что «мы не колдуньи, а просто любим».