Книга Непокорная для ректора, страница 77 – Ардана Шатз

— Вполне положительно. — Улыбнулась я, вспомнив реакцию остальных. — Кажется, я начинаю лучше узнавать ваш мир.

— А как продвигается список для чтения?

— Не так быстро, как в начале.

Мы проговорили, пока за окном не начало темнеть. С наступлением сумерек в кабинете вспыхнули магические светильники, делая пространство более уютным и интимным. За разговорами волнение улеглось, и даже когда мы довольно оживленно поспорили по поводу одного исторического факта из прочитанной мною книги, я не почувствовала неловкости.

Ректор повернулся и бросил задумчивый взгляд в окно.

— Вам пора идти.

Я поднялась и сгребла учебники и тетради.

— Не переживайте насчет дальнейших занятий. Я сделаю все, чтобы избавиться от этой привязки. И ни вам, ни мне больше не придется испытывать эти чувства.

— Спасибо. — Пробормотала я, закрывая за собой дверь. Слова ректора должны были успокоить, но вместо этого внутри разрасталась обида. Словно я сама не желала избавляться от своих чувств и ощущала себя отвергнутой.

Следующие недели проходили так гладко, что я в какой-то момент начала подозревать, что кто-то почистил мою карму. На лекциях стало легче воспринимать информацию, а если я не понимала чего-то, всегда находился кто-то из сокурсников, кто терпеливо и доступно объяснял мне неясные моменты. Чаще всего это касалось самого мироустройства. Ведь то, что было элементарно всем, кто родился в этом мире, для меня иногда оказывалось просто непостижимым. Например, я никак не могла привыкнуть к тому, что в этом мире многие вещи измерялись магическим потенциалом. Камни-накопители, портальные артефакты. И когда на лекциях говорили о них, приходилось разделять силу мага и силу самого артефакта, из-за чего голова порой шла кругом.

Но постепенно я влилась в учебу, так что даже самые строгие мэтры перестали в конце каждой лекции спрашивать:

— Лия Хелена, надеюсь, в этот раз вам все понятно?

После таких вопросов я обычно чувствовала себя идиоткой, но понимала, что лучше сразу признаться, если что-то не поняла, чтобы потом не отстать от всего курса.

Во время практики я старалась абстрагироваться от того, что меня по-прежнему влекло к ректору, а он продолжал оставлять меня после занятий на праздные разговоры. И хоть это должно было помочь мне свыкнуться с его компанией, после каждого из таких разговоров я все чаще думала о том, что все идет не по плану. С ним было так легко и интересно, что я больше не нервничала перед каждой практикой. Наоборот, я с нетерпением ждала, когда она закончится и мы сможем обсудить очередную прочитанную мной книгу. Иногда такие беседы заканчивались жаркими спорами, но ректор всегда держал себя в руках. И как бы мне ни хотелось, чтобы он вновь потерял голову и прикоснулся ко мне, этого не случалось. Но теперь я была уверена: магическая связь — не единственная причина, по которой меня тянет к нему. И когда ректор найдет способ избавиться от нее, мои чувства к нему останутся. К моему несчастью, невзаимные чувства.

Это было единственным, что омрачало мне жизнь. Даже Кати, кажется, устав дуться, постепенно начала со мной разговаривать. На дружбу это пока было мало похоже, но, по крайней мере, она больше не игнорировала меня за завтраком или обедом, а потом и вовсе дождалась, когда я выйду из аудитории после лекции.