Онлайн книга «Колодец желаний. Исполнение наоборот»
|
— Потому что нас приучили к маленьким чудесам, — голос Кирилла зазвучал громче, в нём появились первые нотки страсти, но холодной, выверенной, как удар шпагой. — Приучили довольствоваться крохами с барского стола. Нам сказали: «Хочешь много? Это эгоизм. Это опасно. Это ненормально». Нам сказали: «Твоё желание должно быть удобным, безопасным, соответствующим регламенту, утверждённому комиссией». Кто сказал? — Он не стал повышать голос, но эти два слова прозвучали как выстрелы. — Они. Он не стал указывать пальцем в сторону здания ИИЖ, не стал кивать в сторону офисов власти. Но каждый, кто хоть что-то понимал в устройстве города, каждый, кто сталкивался с бюрократической машиной, понял. Артём почувствовал, как по его спине пробежал холодок. Это была не просто речь. Это была настройка. Кирилл настраивал толпу, как скрипач настраивает скрипку — осторожно, точно, выверяя каждую струну. — Они создали целую индустрию, целый институт, чтобы обрезать ваши крылья, —голос Кирилла зазвучал громче, страсть в нём нарастала, но оставалась холодной, почти хирургической. — Они поставили на поток обработку ваших мечтаний, чтобы вы не мечтали о великом. Чтобы вы не смели хотеть по-настоящему. Они превратили ваши самые сокровенные молитвы в заявки по форме 7-Б. Ваши надежды — в статистику для годовых отчётов. Ваши слёзы — в данные для психологических портретов. И за это вы ещё платите — налогами, верой, кусочками своей души, своей спонтанности, своей силы. Толпа зашумела серьёзнее. Кто-то крикнул: «Правда!». Кто-то засвистел. Кто-то начал скандировать что-то неразборчивое. Начиналось брожение. Искра, которую Кирилл бросил в сухую траву, начинала разгораться. Артём видел, как от людей, от каждого человека на площади, начинают тянуться тонкие, невидимые обычному глазу нити — нити желаний, намерений, эмоций. Но они были не упорядоченными, не структурированными, как в системе ИИЖ. Они были хаотичными, острыми, как иглы, жгучими, как расплавленное стекло. И все они, как железные опилки к магниту, тянулись к одной точке — к Кириллу на балконе. Он был воронкой. Магнитом. Фокусом. — Он собирает raw-энергию, необработанный эмоциональный субстрат, — прошептал Артём, но его слова потерялись в гуле. Он перешёл на мысленную связь с Верой. «Он создаёт критическую массу для фазового перехода Эфира. Скоро будет точка невозврата» . «Я чувствую», — мысль Веры была сдавленной, полной боли. Она держалась за жетон так, что её костяшки побелели даже сквозь перчатки. Морфий на её руке пульсировал, меняя цвет от тёплой меди к тревожному тёмно-синему и обратно. «Это… невыносимо. Столько „хочу“. Столько отчаяния, жадности, надежды, злости, любви… всё вместе, всё в одну кучу. Это ураган. Я не уверена, что смогу это выдержать» . «Сможешь», — мысль Артёма была твёрдой, как сталь. «Ты — Вера Полякова. Ты выдерживала больше. И ты не одна» . На балконе Кирилл поднял руку, призывая к тишине. И толпа, как загипнотизированная, постепенно затихла, затаив дыхание. Его власть над ними росла с каждой секундой. — Но сегодня ночью, — его голос зазвучал как медный колокол, чистый и мощный, — всё может измениться. Сегодня граница между желанием и реальностью тоньше всего. Тоньше паутинки. Сегодня каждый из вас, каждый человек наэтой площади, обладает силой. Не иллюзорной, не бумажной. Реальной силой изменить свою жизнь. Не просить, не умолять, не заполнять бланки в трёх экземплярах. А взять. Потому что это ВАШЕ право. Ваше врождённое, неотъемлемое право — хотеть. Мечтать. Творить чудо САМИМ! |