Книга Колодец желаний. Исполнение наоборот, страница 65 – Чулпан Тамга

Пока машина трудилась, Вера продолжила осмотр. Её взгляд, вышколенный годами поиска компромата, выхватывал неочевидное. Она подошла к единственному элементу, который не был убран, — к мусорному ведру у двери, дешёвому пластиковому, серому. Оно тоже было пустым, вымытым, но на дне, в углу, где сходились стенки, валялось несколько смятых бумажек, прилипших к влажной поверхности. Она вытащила их, разгладила на ладони, игнорируя лёгкое отвращение. Чек из магазина химреактивов «Лабораторные решения» на Ленинградском шоссе. Дата — три дня назад. Список покупок: диметилсульфоксид, нитрат серебра высокой чистоты, порошок карбида кремния, хлорид лантана, оксидиттрия... ещё несколько наименований, звучащих как заклинания из учебника для продвинутых алхимиков. И внизу, жирным, штампом:

ОПЛАЧЕНО НАЛИЧНЫМИ. ВОЗВРАТУ НЕ ПОДЛЕЖИТ.

— Артём, — позвала она, и в её голосе была та же сталь, что и в его, когда он говорил о схемах.

Он подошёл, взял чек. Его глаза, привыкшие к длинным колонкам цифр в отчётах, пробежали по списку, и лицо стало каменным, маской из тревоги и холодного расчёта.

— Это... это компоненты для высокоэффективного катализатора эфирно-материального перехода, — сказал он тихо, почти шёпотом, как будто боялся, что сами слова могут что-то активировать. — Высокой, я бы сказал, чрезвычайной мощности. Такие составы используются в промышленных стабилизаторах городского масштаба. Или... в их антиподах. В устройствах обратного действия.

— В антиподах? — переспросила Вера, хотя по тону Артёма уже всё поняла.

— В резонансных бомбах, — пояснил Артём. Его голос был ровным, профессионально-бесстрастным, но Вера увидела, как у него напряглась челюсть, как побелели костяшки пальцев, сжимающих чек. — Устройствах, которые не разрушают материю в привычном смысле, а вносят детерминированный хаос в вероятностные поля Эфира Намерений. Грубо говоря, разрывают причинно-следственные связи на локальном участке реальности. Если такое устройство, достаточно мощное, активировать в городе... желания начнут материализовываться хаотично, без всякого контроля, фильтров, учёта последствий. Сбываться в самых уродливых, самых буквальных и непосредственных формах. Одновременно у тысяч людей. Представьте, что каждый каприз, каждая сиюминутная злоба, каждая неосознанная зависть получат мгновенное воплощение.

Вера почувствовала, как по спине пробежал ледяной ручей, несмотря на тёплую куртку. Она вспомнила Михеева — его искажённое яростью лицо. Парня на площади, плачущего от немотивированного страха. Мальчика с его двойником-кошмаром. И представила это — в масштабах всего Хотейска. Не десятки, а тысячи Михеевых, одержимых одной вывернутой наизнанку эмоцией. Тысячи людей, чьи самые тёмные или просто глупые мечты превратятся в кошмары и захлестнут улицы волной безумия, абсурда и насилия. Город станет бредовым сном самого себя.

— Широкополосная атака, — прошептала она, и её собственный голос показался ей чужим. — Он готовит неточечные удары, не штучную работу. Он хочет взорвать весь город изнутри. Сделать его... ярким. Хаотичным. По своему замыслу. Освободить, как он думает.

В этот момент планшет Артёма пискнул — коротко, настойчиво. Анализ завершился. На экране появилась трёхмерная модель устройства, собранная из фрагментов схемы программой-реконструктором. Оно было сложным, многослойным, напоминало странный гибрид старинного телеграфа и современного сервера. В центре — герметичная камера, очевидно, для размещения того самого катализатора. Вокруг — концентрические кольца усилителей, антенны-излучатели, похожие на шипы. И временная шкала, привязанная к... пиковым значениям магического фона города, график которых был наложен поверх.