Книга Кира. Пешка или королева, страница 61 – Марина Богданович

Крепко прижал к себе свое наваждение и мой язык вторгся в ее рот, острая потребность прямо сейчас оказаться в ней хотя бы так победила вежливость, и сегодня я решился обойтись без предложений о душе. Уверен, она его и так приняла в своих апартаментах.

Руки блуждали по женскому телу, забравшись под майку, скользя по нежной коже. Кира слегка подрагивала, и это заводило еще больше. До искр.

— Да, мой одуванчик, сегодня ты будешь дрожать от удовольствия и кричать до сорванного голоса.

— Такеши.., — пыталась она что-то возразить, на мгновение прервав наш поцелуй.

— Тш-ш, сладкая, я буду нежным, обещаю, но не проси меня остановиться сегодня, не после вынужденного перерыва в прошлый раз, — сказал ей, снова завладевая ее губами в страстном поцелуе и быстро избавляя ее и себя от одежды.

Жена покорилась, видя мое состояние. — Умница, умеет считывать сигналы.Ведь я был уже на грани сумасшествия.Подхватил обнаженную жену и отнес на постель, она стыдливо пыталась прикрыть свою грудь руками. — Не сегодня, детка, хочу тебя всю.

— Не закрывайся от меня, хочу тебя видеть, — прошептал ей, глядя в глаза и мягко отводя ее руки в стороны.

Легко поцеловал мягкие губы и языком провел дорожку от ее подбородка к одной из грудей, втянул горошину соска в рот, отчего Кира коротко ахнула. Мои руки блуждали по ее телу, ласкали грудь и бедра, пальцы дразнили чувствительное местечко между ног. Кира вся трепетала подо мной, а по связи я улавливал ее нарастающее возбуждение. Ее руки в моих волосах ощущились до безумия правильно, а вкус ее кожи на языке просто сносил крышу. Пальцы уже легко входили во влажное, горячее лоно, а член болел от желания скорее оказаться внутри. Провел головкой по ее влажным складочкам — от остроты ощущений чуть не кончил в это самое мгновение. Первый долгожданный толчок внутрь, я замер, — бездна, как хорошо.Кирины ногти впились в мои плечи.

— Да малыш, можно царапаться, — хрипло прошептал ей на ухо, начиная двигаться размеренно и глубоко.

— Ах, — вырвался женский стон, после особенно глубокого точка.

— Больно? — останавливаюсь и всматриваюсь в большие карие глаза. Она молчит и лишь мотает головой, по связи улавливаю сильную эмоцию, не могу понять… нежность? Грусть? В груди аж защемило, но мое возбуждение все перекрывает.

Целую полураскрытые губы и двигаюсь остороженее, полностью погружаясь в это чувственное наслаждение. Я никуда не спешу, и впереди у нас долгая ночь.

Компенсируя вынужденное воздержание, на которое пришлось пойти в нашу последнюю встречу, я не давал Кире заснуть почти до рассвета, раунд за раундом овладевая ею.

Я был нежен, как ей нравилось, но просьбам об отдыхе, которые звучали все настойчивее после нашего третьего раза, я решительно отказывал, уговаривая ее продолжать, умело распаляя ее желание вновь и вновь.

Когда в очередной раз я оказался в ней и услышал вскрик боли, понял, что перестарался.

— Прости. — Тут же вышел из нее, опустился ниже и невесомо поцеловал ее лобок. Моя энергия наполняла ее до краев, и тут же залечить ее внутренние ссадины не составило труда.

Мои руки оглаживали ее бедра, поцеловал ее животик и стал подниматься поцелуями выше.

— Такеши, может все? — пропищала она повышемоей головы, вцепившись в мои плечи. А я целовал ее шею и до зубовного скрежета не хотел останавливаться.