Онлайн книга «Отражения»
|
— В таком случае, «миссис Малфой», учтите следующее. Всё, что ты здесь видишь, Гермиона, принадлежит мне, — он съел вишенку. — И я не вижу, чтобы это вызывало у тебя отвращение. А ты — моя гостья. Не вещь. Но принадлежать мне не так уж плохо. Подумай над моими словами. Над всеми словами. Он развернулся и отправился в сторону дома. Гермиона задумчиво смотрела ему вслед, глядя, как ветер треплет белые волосы, и только потом заметила, что все вишни в руках раздавлены, а между пальцев бежит алый, как кровь, сок. «Прямо как сердце…» * * * Гермиона с досадой вспомнила о конфетном бале только к семи вечера: она весь день просидела в библиотеке с «Деяниями», опасаясь выходить куда-то после вчерашнего визита в салон красоты. Никуда идти не хотелось. Должно быть, само название подразумевало, что вечеринка будет тематической. Но в шкафу ничего шоколадного или хотя бы кофейного не обнаружилось. А часы тикали. И времени, чтобы трансгрессировать к «Мадам Малкин» уже не оставалось. Гермиона вздохнула. Ей вспомнилась Джинни со своим вечным «мы же ведьмы, Герм!». И она решила, что здесь поможет только креатив, а репутации отражения в этом мире уже ничто не навредит. Гермиона взяла золотистую обёрточную бумагу, приложила к изнанке лёгкую ткань и соединила их заклятием вечного приклеивания. Затем обернула вокруг себя, склеила края и опоясалась тонкой алой ленточкой. Однако чего-то явно не хватало для завершения образа. Она скрутила волосы в «ракушку», подвела глаза, но какая-то мелочь всё время ускользала от внимания. Тогда она принялась рыться в ящичках отражения. Там обнаружилось столько склянок с бадьяном, что дрожь пробирала от одной только мысли, сколько ран ими заживляли. Сразу вспомнились хлысты, о которых говорил Люциус. И тут на глаза попалась баночка с муссом, который Дженни всучила ей вчера в «Афродите». Гермиона отвернула крышку и вдохнула приятный запах шоколада. Пальцы сами окунулись в прохладную массу, а потом легко коснулись обнажённой кожи ног, плеч, ключиц. Гермиона встала перед зеркалом, чтобы нанести мусс равномерно. В завершении на неёсмотрело отражение с чуть смуглой кожей, отливающей оливковым и золотым, прямо в тон наряду. — Конфетка! — вынесла она самой себе вердикт. * * * В зале с высокими потолками было душно от множества свечей, и ужасно скучно. Гермиона тосковала с бокалом в руке. Драко встретил её и принял плащ; обойдя по кругу всех гостей с ней в паре, оставил у окна, а сам отправился вести светские беседы и налаживать связи. Эта конфетная вечеринка оказалась ещё хуже, чем скачки. Здесь тоже не попадалось ни одного знакомого лица, хотя мир волшебников был не так уж велик. Чужие лица здоровались, кто-то пожимал руку, буднично спрашивал про погоду и здоровье, многие мужчины прикасались в стандартном поцелуе. Гермиона приветливо и часто улыбалась так, что стало сводить скулы, вежливо кивала. Директор нотариальной конторы «Хокинс и Дженкинс» с крысиным лицом, патлатый художник Антуан Дью, хозяйка «Твилфитт и Таттинг», которая пыталась аккуратно вызнать дизайнера её платья — все казались плохими актёрами в дешёвой постановке. Время тянулось, как приторная тянучка на дегустационном столе. Среди гомона и фальшивого смеха Гермиона слышала, как отстукивают минутные стрелки на настенных часах, заколдованных в блестящий красный леденец. |