Книга Многоликая в сражении. Убойная практика, страница 13 – Олеля Баянъ

Раненых было много. Лекари в такой же форме, как и я, сновали между пациентами. Перед входом всех поступающих распределяли по степени тяжести. Тех, кому срочно требовалась помощь, сразу заносили в палатки лазарета. Кто мог потерпеть — под навес, слева от лазарета. С незначительными ранениями отправляли справляться собственными силами, точнее сидела уставшая, с чёрными кругами вокруг глаз целительница за столом и раздавала им снадобья. По ней было видно, что она устала. Впрочем, остальным лекарям тоже необходим был отдых.

— Надо продержаться ещё пару часов, и придёт другая бригада лекарей, — «успокоил» один из раненых другого.

Я взглянула на второго и похолодела. Он точно не дождётся помощи и, тем более, следующей бригады. Я бросилась к девушке, что раздавала лекарства, и взглядом пробежалась по ящикам.

— Эй, ты! В очередь! — грубо окликнули меня, но я уже схватила нужный пузырёк и бросилась к пациенту, на ходу вливая в себя ещё один тонизирующий состав. Я пожалею об этом решении, но сперва спасу жизнь своего подданного.

— Имя! Каждое лекарство подлежит учёту! — прокричала лекарь.

— Запиши на фер Плюморфъ, — ответила я ей, разминая пальцы перед работой.

— Вот ты острячка, — хохотнул сосед, подбадривающий моего пациента.

Отвечать не стала. Указательным и средним пальцами я коснулась лба тихо умирающего. Его глаза широко распахнулись, а затем он уснул. Я села прямо на землю, где он лежал, глубоко вдохнула и позвала свою силу, чтобы нырнуть в своего пациента.

От увиденного у меня спёрло дыхание. Главные сосуды в его теле были повреждены. Уставшая бригада пропустила внутреннеекровотечение, поэтому у меня было катастрофически мало времени на помощь ему. Латать по одной — я не успею. Он истечёт кровью. У меня вспотели ладони от предстоящего — сколько сразу я смогу зашить порезов на сосудах?

Клятва лекарей подкинула интересную идею. Я потратила пару секунд на сопоставление всех ран, а дальше принялась «штопать» одинаковые сразу. Сила слушалась отлично, даже не пыталась вырваться из рук. Мне кажется, я даже не дышала, пока работала и не зашила все порезы. Что это за ужасное заклинание?

Я выдохнула, когда закончила. Вытерла пот со лица и огляделась. Военный лагерь уже освещали факелы и костры. Вокруг меня образовалась толпа.

— Почему не сказали, что пришли на смену? — рявкнул, судя по нашивке, главный в бригаде лекарей. — Что-то я тебя не припомню, — протянул мужчина, разглядывая меня.

— Я новенькая, буду здесь примерно десять дней, — поднимаясь, ответила я.

— Имя, — потребовал он. В его руках появилась папка и ручка.

Я призадумалась, стоило ли говорить своё настоящее имя. Регент ничего про это не говорил, поэтому я решилась представиться:

— Миарина Луария фер Плюморфъ.

Папка выпала из рук главного лекаря. Остальные резко замолчали. Под навесом повисла тишина.

— Опасная шутка, девочка, — послышалось откуда-то справа.

Корона дала о себе знать тяжестью. Моя форма превратилась в белое церемониальное платье рейнов с белым покрывалом на голове.

— А я и не шучу, — уверена, что сейчас блеснули мои глаза. Они всегда сверкали у отца, когда требовалось доказать свою принадлежность к фер Плюморфам. Да и голос прозвучал необычайно сильно.

— Рейниса, — поклонились мои подданные, даже те, кто был ранен.