Книга Многоликая в сражении. Убойная практика, страница 15 – Олеля Баянъ

Глава госпиталя пригласил к себе для личной беседы бригадира. Я же поступила в распоряжение бригады, и меня тут же определили выполнять самую грязную работу — выносить утки, обмывать пациентов, подготавливая их к лечению.

Благодаря моему вмешательству мой пациент дождался основной помощи. Я видела, как лекари из третьей бригады с удивлением разглядывали мою работу, пока я устанавливала ширму, чтобы лежачий пациент мог облегчиться. К сожалению, в условиях полевого госпиталя об уединении можно только мечтать.

Когда я выносила утку, из шатра выскочил начальник бригады. Его взгляд замер на мне, я улыбнулась ему и отсалютовала горшком, а затем продолжила выполнять свои обязанности. Вот только бригадира напрягало моё присутствие и то, что я безропотно справлялась со своими обязанностями. Он подошёл ко мне, когда я вытирала горшок, смерил свинцовым взглядом, шумно втянул воздух носом и также протяжно выдохнул.

— Я всего лишь Миарина, — напомнила я и убежала к ожидающим меня пациентам.

— Всего лишь, — донеслось тихо до меня.

А что можно ещё сказать? Раз таково условие Виарата, я его выполню. Дор Халденрей не раз доказал, что его решения можно осуждать, но не пренебрегать ими. К тому же, всеми своими поступками он меня защищал, а я в своём юношеском порыве только мешала ему и попадала в неприятности. Сейчас я хотела последовать его решению. Ведь неспроста же он сказал так. Да и управлять двумя странами во время войны — нелёгкое дело, а Виарат умудряется. И про меня не забывает.

При воспоминании о регенте сердечко забилось сильнее. Точнее, перед глазами всплыла картинка сидящей меня на столе и целующейся с правителем Надора. К щекам прилилжар. Захотелось спрятать пылающее лицо в ладонях, чтобы остудить немного кожу, но я вовремя вспомнила про горшок.

Ночная смена прошла без происшествий. Я выполняла рутинную работу: меняла повязки, давала настои и снадобья, проверяла швы и помогала пациентам с личной гигиеной. Опытные целители занимались более серьёзным лечением. За их работой было интересно наблюдать. Удалось даже пару раз поесть. Когда принесли поздний ужин, то я его проглотила и даже не заметила. Не думала, что так проголодалась. Зато ранний завтрак получилось даже посмаковать в компании бригады.

Утренняя бригада рассматривала меня с любопытством. Кажется, до них дошёл слушок о некоей помощнице в третьей бригаде. Мы отправились в палатку, где жили целители. Ну, как отправились, лично я еле доползла и рухнула на указанную раскладную кровать, заправленную только простынёй, чтобы тут же крепко заснуть.

* * *

— Стоит попытаться направить туда ещё раз разведгруппу, — в мой сладкий сон ворвался мужской голос.

— Здесь уже не получится. Враг усилил патрули и обновил сетку заклинаний по своей линии, — заметил другой.

Можно же обсуждать в другом месте? С трудом я вытащила подушку из-под головы и накрылась ей, оставив наружу только нос. Ещё и придавила сверху в районе уха, чтобы точно не слышать. Правда, это не сработало. Голоса всё равно настойчиво, хотя и приглушённо, жужжали где-то рядом, как назойливые мухи. Я перевернулась на другой бок, но тут дебаты перешли на повышенные тона, и сон сняло как рукой.

Я поднялась на постели, скидывая с себя подушку и одеяло. Я находилась точно не в лекарской палатке. И даже не в простой палатке. Я проснулась в шатре Виарата. В его кровати.