Книга Чайная «Лунный серп», страница 114 – Стейси Сивински

Их клиентки чувствовали, как по кончикам пальцев рук и ног ползет пронзительное онемение, но быстро отмахивались от странного ощущения, списывая его на надвигающуюся среднезападную зиму и сквозняки, обычные для большинства домов в Чикаго.

Это был странный день для предсказаний. Там, где сестры надеялись увидеть сердца, они обнаруживали песочные часы. Знаки располагались далековато от края чашек, чтобы можно было сказать посетительницам, что удача уже за поворотом. А чаще всего на дне чашки оставалась пара глотков, которые смывали остатки чайной гущи, когда чашку для гаданий переворачивали и осушали.

И снова клиентки подметили, что их мысли уплывают прочь от чайной, цепляясь за воспоминание или поручение, не позволяющие им попросить еще одно гадание, как это было у них заведено. Даже тыквенный пирог Вайолет с пряностями и приветственные композиции из хризантем и подсолнухов, стоявшие на каждом столе, не могли удержать их в этот день.

Когда последнее блюдце было убрано, а Табита слизала с пола каждую крошку, было еще светло, и дом, опустевший без шума покупательниц и терзаемый тревогой за Куигли, вновь начал остужаться.

Огорченный напряжением, накалившимся до предела между его обитателями, дом изо всех сил пытался задержать всех внутри на этот вечер. Когда он почувствовал, как Беатрикс, надев плотную шерстяную мантию, бесшумно выскользнула из кабинета, он стал удлинять половицы и менять местами комнаты. Дверь, которая некогда открывалась в коридор, теперь привела Беатрикс на чердак, ступени вели в подвал, а короткий путь к парадному входу растянулся так, что она почувствовала, как заныли мышцы в ее икрах.

Но Беатрикс, перед открытием лавки получившая от мистера Стюарта письмо с просьбой навестить его вечером, была полна решимости и уже знала достаточно уловок дома, чтобы обойти их.

Хотя по возвращении она могла обнаружить, что в ее комнате была проведена полная перестановка как знак недовольства дома, Беатрикс все же сумела выбраться и сесть на трамвай, который высадил ее перед зданием «Донохью & Компании» ровно за четыре с половиной минуты до назначенной встречи.

Едва переведя дух после того, как она была вынуждена в такой спешке мчаться по Чикаго, Беатрикс воспользовалась моментом, чтобы в холле собраться с мыслями, но ей так и не представилась возможность пригладить растрепанные ветром кудри и убрать их с лица, прежде чем она услышала голос Дженнингса.

– Мисс Куигли! – воскликнул он, стоя у своего стола, а затем швырнул бумаги, которые держал в руках, на пол и направился к ней. – Я так рад вас видеть!

– И я тоже рада, – ответила Беатрикс. На ее губах заиграла улыбка, когда в ее памяти всплыл дымный вкус бурбона.

– Мы все закончили читать книгу, – прошептал Дженнингс, будто делился особо важным секретом.

– О, – выдохнула Беатрикс, удивившись, что они так быстро прочитали всю историю. – И что вы думаете?

На лице Дженнингса промелькнуло странное выражение: складывалось ощущение, что он собирается произнести нечто с благоговейным трепетом.

– Это было абсолютно… – начал он, но тут его прервал раскатистый голос мистера Стюарта.

– Потрясающе! – закричал мистер Стюарт, бросившись к ним навстречу. – Честно говоря, это лучшее, что я когда-либо читал.

Шокированная такой оценкой, Беатрикс только и могла, что стоять в тишине, охваченная трепетом.