Книга Чайная «Лунный серп», страница 127 – Стейси Сивински

– Вы пахнете опилками и бумагой, – нарушила тишину Энн, а затем добавила чуть тише, – и ложью.

Тяжелое напряжение накрыло комнату, неловкое и непреклонное, будто пятно, расползающееся по белой льняной скатерти тем сильнее, чем больше его трут.

– Думаю, настало время вам обеим кое-что рассказать, – наконец подала голос Беатрикс, надеясь, что, если начать говорить по-настоящему, вся эта ужасная неловкость – больше подходящая незнакомцам, чем сестрам, – рассеется, как только натужную тишину нарушит привычный ритм их беседы.

– Ты написала книгу, – ровно проговорила Энн, и голос ее был так же холоден и гладок, как мраморная разделочная доска на кухне.

Удивленная, Беатрикс сделала паузу, пытаясь собраться с мыслями, а затем задала вопрос:

– Как ты узнала?

– Приходил Совет, пока вас двоих не было, – отозвалась Энн, и ее ладони крепче сдавили чашку. – Они все знают.

Вайолет, которая обычно нервно теребила свои пальцы и постукивала ногой по половицам, сейчас сидела со спокойствием мертвеца.

– Они знают, что ты писала и даже успела закончить роман. Что скоро ты отправишься в тур по всей стране, – продолжила Энн.

– Отправишься в тур? – переспросила Вайолет, с округлившимися глазами поворачиваясь к Беатрикс.

– Ничего еще не решено, – торопливо протараторила Беатрикс, хотя ее слова прозвучали неубедительно даже для ее собственных ушей.

– Они также знают о твоем очаровании цирком, – продолжила Энн, не утруждая себя тем, чтобы отвести взгляд от огня и взглянуть на Вайолет, которая поглубже зарылась в подушки, надеясь исчезнуть.

– Это не то, что ты думаешь, – сказала Вайолет, не защищаясь. Голос ее надломился, и можно было предположить, что она лишь хочет, чтобы они лучше ее поняли.

О, как же Вайолет мечтала сейчас оказаться в шатре и летать с одной платформы на другую, чувствуя себя так, будто она замерла вне времени, и ее тревоги остались в тени. Однако эта мысль тут же окатила ее волной вины, и щеки вспыхнули от стыда.

– Они знали даже мой секрет, – слабо проговорила Энн.

– О чем ты? – ошеломленно спросила Вайолет.

– Я могу читать собственную судьбу, – объявила Энн. – Я пыталась связать себя, чтобы ее не видеть, но мои силы взяли надо мной верх. Знаки теперь появляются повсюду. В чайных листьях, в лепестках, в ряби моего стакана с водой, в тени, что крадется по стене, даже в молчании. И знаете, о чем они все время мне говорят? – Энн перевела взгляд на сестер, ее немигающие голубые глаза скользнули от одного зеркального отражения ее лица к другому. – Они говорят мне, что мы разлучимся, – произнесла она с оттенком окончательности, словно просто зачитывала последнюю строку особенно трагического романа. Будто страниц больше не осталось.

– Это неправда, – покачала головой Вайолет. – Должен быть способ.

– Мы просто недостаточно старались, – добавила Беатрикс. В ее сознании все еще пыталось сложиться воедино то, в чем сейчас призналась Энн, и из-за этого она едва обратила внимание на слова, сорвавшиеся с ее губ.

– Это первая правдивая вещь, которую вы сказали мне за эти месяцы, – сказала Энн. – Мы недостаточно старались. Я зайду даже дальше и скажу, что выне старались совсем. Даже наоборот, кажется, вы хотите, чтобы проклятие вошло в полную силу.

– Не говори так! – воскликнула Вайолет, и голос ее стал хриплым от крика, который она пыталась сдержать.