Книга Этот безумный пролог никогда не закончится. Том 2, страница 35 – Notego

– Вы уже закончили? Я-то думал, вы будете долго осматриваться, – торопливо подбежал ко мне стоявший на противоположной стороне Итан. Края его черной формы развевались. – Я только что поставил карету в каретный сарай, так что придется немного подождать кучера. Побудьте пока в магазине. Я немедленно подгоню карету.

Я ничего не слышала. Слова Итана пролетели мимо моих ушей.

– Вы очень бледны. Что-то случилось?..

– Итан, – перебила я.

Мне было все равно, белое у меня лицо или желтое. Беспокоиться о цвете не было времени.

– Да, слушаю.

– Можете объяснить мне, как действует клятва? Та, которую давали служанки в герцогском замке на Севере, – сказала я запинаясь.

– Но зачем вам вдруг… Что случилось?

– Что случится, если ее нарушить?

Итан осмотрелся по сторонам. Вокруг было пусто, но он прошептал:

– Не думаю, что следует говорить об этом посреди улицы.

– Неужели язык будет отрезан?

Мои слова заставили его вздрогнуть.

– Что вы увидели?

Значит, язык. Я была права. Я молча закусила губу.

* * *

Я выпустила птицу в оранжерее. В моих руках ей не удавалось расправить крылья, но сейчас она взмыла под потолок.

– Я рада, что все в порядке. А то несколько дней у тебя не было сил.

Птица, ослабевшая за долгую дорогу, вернулась к жизни, стоило выпустить ее из клетки. Имя Чудо ей прекрасно подходило.

Фью-у-уть.

Облетев теплицу, птица уселась на кончики моих пальцев и нежно чирикнула.

– Ты вроде говорила, что она не поет, так что же это?

– Наверное, ей хорошо.

– Может, ты неправильно определила ее вид?

– Правильно. И они иногда поют. Просто это бывает крайне редко, вот люди так и говорят.

Мне тоже хотелось прожить дольше четырех месяцев. Но эта птица жила всего один сезон, и мне тоже осталось совсем недолго.

Большинство яиц разбилось из-за тряски в карете. Я выложила ящик соломой и обернула яйца тканью, но это не помогло во время поездки на столь большое расстояние.

Оставалось лишь беспомощно смотреть, как сквозь щели вытекает содержимое скорлупок.

– Ты знаешь, что все твои братья и сестры мертвы?

Фью-у-уть.

Птица снова запела, как будто показывая, что у нее есть голос.

– Как дела? Когда к нам приедут из гильдии? – спросила я Сурен, которая обрезала ветки.

После переезда в замок принца у нее была куча дел.

– Слышала, с торговцем уже поговорили. Завтра нам привезут несколько декоративных деревьев.

Хотя дела здесь были не так плохи, как на Севере, когда мы только приехали, за оранжереей в замке принца толком не ухаживали.

Как и сказал Деон, оранжерея была большая, и уход за ней требовал немалых усилий. Чтобы заполнить ее новыми растениями, мне пришлось усердно потрудиться. У меня было мало времени, чтобы заказать цветы, деревья, лозы, кактусы, горшки и мульчу. Денег теперь тоже требовалось в три-четыре раза больше. Значительная часть бюджета, выделенная на замок принца, была вложена в оранжерею. Я решила купить деревья, а одеяла для спальни выбрать подешевле.

Камергер только качал головой, но я не изменила своего мнения. Ничего, обновят одеяла через четыре месяца. Если у Деона кончатся деньги, он может просто выкорчевать оранжерею целиком и продать, да и вообще делать с ней что угодно.

Одна из горничных все же набралась смелости и осторожно спросила, не стоит ли выбрать одеяла получше, ведь они нужны для нашей с Деоном совместной спальни.