Книга Этот безумный пролог никогда не закончится. Том 3, страница 16 – Notego

Я захлопнула крышку футляра с платьем. Затем понизила голос и снова обратилась к нему:

– Как долго вы планируете со мной играть? Я ведь должна была притворяться фальшивой любовницей только до тех пор, пока вы не заключите помолвку?

При этих словах его руки, завязывавшие галстук, замерли.

– Вас так увлекло наше представление? Или в вас проснулась ответственность и вы хотите пригласить меня на прием, будто бы я ваша настоящая возлюбленная?

Он считает, что у меня нет ни капли самоуважения? Ведь неизвестно, какие слухи пойдут, если я сейчас заявлюсь в столицу. В его приглашении не было ни капли заботы обо мне.

Лиони – позор Деона. Но, даже зная об этом, она все равно готова слушать пересуды. Мое тело охватила дрожь. Мне с трудом удалось ее унять, сжав руки в замок.

– Эта дурацкая актерская игра мне надоела, – резко произнесла я, поджав губы.

Пусть мои слова покажутся необдуманными, все равно.

– Вы хоть понимаете, что это неуважение и по отношению ко мне, и по отношению к леди Изелле? Я не ваша любовница и тем более не ваша игрушка.

Он не влюблен в меня. Даже его прикосновения и взгляды, которые казались полными нежности, мне не принадлежали. Каждое мое слово становилось ножом и пронзало меня. Словно я тыкала острием себя в живот. Хотя знала, что все эти слова пронзят мое сердце сильнее, чем его, я не могла остановиться.

– Еще на Севере я четко заявила, что сама буду определять свою позицию. Так почему вы пытаетесь манипулировать мной так, как вам заблагорассудится?

Мне хотелось крикнуть Деону и его свите, чтобы они немедленно убирались из особняка, но он не был моим. Это обшарпанное здание тоже принадлежало ему.

Я, задыхаясь от гнева, продолжила:

– Даже если вы заплатили деньги, чтобы привезти меня сюда, я не стала вашей собственностью. Я по-прежнему имею право определять свою собственную позицию.

Когда я закусила губу и выплеснула последние слова, которые хранила в душе, глаза Деона слегка дрогнули. Он на мгновение замер, как будто забыл даже, как дышать. Но больше ничего.

– Ты все сказала? – спокойно спросил он. – Раз ты уже выместила всю накопленную злость, отправляемся.

Его руки снова начали завязывать галстук. Движения были спокойными, как и всегда. Если бы не складки, оставшиеся на одежде, трудно было бы поверить, что он так долго меня ждал.

Медленно поправив одежду, он протянул мне руку. Это я сейчас выплевывала резкости, но, похоже, злилась тоже только я.

Он собирался дожидаться, пока мое негодование утихнет, чтобы посадить меня в карету.

Я внимательно посмотрела на его руку. Рука, которая на поле битвы держала меч, стала белой и гладкой. Я отмахнулась и встала сама.

– Позвольте мне задать лишь один вопрос. Есть ли конкретная причина, по которой я непременно должна явиться на этот прием?

Слухи уже разошлись. Если он планировал рассказать о фальшивой любовнице и объявить о союзе с родом Сноа на официальном мероприятии, чтобы еще больше укрепить свой авторитет, мне хотелось бы знать об этом заранее. Чтобы подготовиться к публичному унижению.

– Если я поеду в столицу, смогу ли я навсегда покинуть этот особняк и остаться в вашем замке?

– Нет, – быстро произнес он, хотя все время ходил вокруг да около, уклоняясь от прямого ответа. – С приемом это никак не связано. – Он внимательно посмотрел на меня и продолжил: – Ты и дальше будешь оставаться здесь. До тех пор, пока все не закончится.