Книга Особенности фиктивного брака с крылатым, страница 108 – Екатерина Вострова, Татьяна Новикова

Он осторожно наклонился и резким движением взял в захват бандита, роняя его на землю и вырывая из рук пистолет.

– Не советую, если тебе дорога шея, – покачал головой, когда тот попытался дернуться.

Вот только он не учел, что в этой огромной куртке оказалось спрятано еще одно оружие. Тип выхватил его, бесцельно пульнув в Ярослава.

Яр поморщился от попавшей в него пули, чуть ослабив хват. Больно, но терпимо. И этого хватило, чтобы тип вырвался, поднял второй пистолет, отбегая в сторону.

– Уходите! – крикнул феникс работнице. – Немедленно!

А затем началась стрельба. Бессмысленная и беспощадная, потому что древнему человеческие пули – что семечками покидать. Да и стрелял этот придурок абы как, спасибо хоть в колонку не попал и колеса на машине не пробил.

Столько лет прошло, а как будто до сих пор девяностые: кто-то пытается кого-то убить, причем делает это неуклюже (только зря тратит железо, придурок).

– Ты… ты должен умереть… – прохрипел удивленный идиот.

– Думаешь, должен? – Яр провел ладонью по свежему пятну на рубашке. – Упс, видимо, я бессмертный. И ты только что испортил мне новую рубашку.

Вырубив мужика, он кинулся к девушке, чтобы увести обратно в здание. Она тряслась как осиновый лист.

– У вас… у вас кровь… вы ранены, – всхлипнула, оседая на его руках.

Когда она потеряла сознание, Ярослав уложил ее на пол внутри. Больше ни работников, ни посетителей не было видно. Ну если только за стойкой никто не спрятался.

Интересно, арбитры могут стереть память? Или как сейчас решают такие проблемы?

***

Каким-то шестым чувством я знала, куда нужно ехать.

Алексей был за рулем, а я, распластавшись на переднем сиденье, подсказывала, куда свернуть. Стоило закрыть глаза, и словно невидимой нитью простраивался маршрут.

– Ты уверена, что тебя не нужно отвезти в управление? – в сотый, наверное, раз спросил Алексей. – Да, если это ваша связь так действует – то там вряд ли помогут. Такие ритуалы обычно плохо поддаются экранизации. Но вдруг у тебя болит не из-за нее, а это аппендицит?

– Нет, точно не аппендицит…

Я не сразу сообразила, что боль – не моя собственная, что все, что я чувствую – лишь отголоски страданий Яра.

Меня тянуло вперед что-то иррациональное, как будто я точно знала, что облегчение будет, только если доберусь до цели.

– Сейчас налево, – хрипло прошептала я.

На самом деле не скажу, что я прямо загибалась, ощущения были, словно в меня кто-то воткнул острую иглу и так там и оставил.  Если не шевелиться – то ноет, но вполне терпимо, а вот любые движения вызывали сдавленное шипение даже сквозь сжатые губы.

– И зачем вообще туда ехать? Если уж древнего феникса ранить умудрились, то мы с тобой там точно ничем не поможем, – проворчал Алексей, но все же послушно повернул, куда я сказала.

Умом я понимала, что он прав, а вот на уровне эмоций и инстинктов…

«Я должна помочь ему, должна спасти», – это заело в мозгу и повторялось по кругу. Чем такая шмакодявка, как я, может помочь фениксу, разум не отвечал. Возможно, это было последствие ритуала. Те, кто делит боль на двоих – должны иметь возможность прийти друг другу на помощь.

– Найдем его и вызовем арбитров? Вдруг это связано… с тем, что ему поручила Анна Рихард? – предположила я.

Алексей вздохнул, покачал головой, но никак это не прокомментировал.