Книга Остров надежды. Возвращение, страница 43 – Резеда Ширкунова

— Скажите, Глеб, а господин Трофимов вернулся в участок? Хотелось бы побыстрее разобраться с этим делом.

— Буквально пять минут назад. Он тоже перекусит, а после вызовет вас, чтобы продолжить разговор, — сообщил стражник и протянул графине пакет, откуда шел тот чудесный аромат. — Вот, пирог передали ваши близкие.

— Спасибо, что не оставили меня голодной. На душе так паршиво, поддержка очень кстати, — Аня улыбнулась.

— У нас, госпожа, говорят: «Никогда не зарекайся от того, что однажды придется носить и рваную одежду». Жизнь она долгая, всякое случается и не стоит сверху вниз смотреть на тех, кому сейчас несладко, — Глеб тяжело вздохнул. — Придет час, и вы кому-то поможете. Εшьте, графиня. Приятного аппетита.

Стражник вышел, закрыв дверь на ключ, а девушка развернула пакет. Вдохнула вкусный запах. С удовольствием откусилa кусочек, затем еще и еще.

Неладное Анисия почувствовала, когда съела уже треть пирога. Поморщилась, ощутив резь в животе. Закружилась голова. У нее еще успела промелькнуть мысль о сыне, и она потеряла сознание.

* * *

Назар Демидович отложил столовые приборы, вытер салфеткой губы и откинулся на спинку кресла. Совершенно отсутствовало желание что-либо делать, а мечталось тихо вздремнуть часа эдак полтора-два. Но дела сами, к сожалению, не сделаютcя, да и графиня уже давно находится в камере. Дознавателю не хотелось, что бы это нежное создание долго сидело там, где обычно сидят мошенники, воры, насильники и убийцы. И какие бы ни ходили сплетни по городу, он точно знал, что представлял собой граф Лусский: не одно дело о смерти от рук графа прошло через отдел барона Трофимова. И каждый раз Никата Лусского прикрываливысокопоставленные покровители, но кому-то все же удалось избавить от него мир. Однако дознаватель был убежден, что девочка ни при чем.

— Глеб, приведи графиню Лусскую, — выглянув в коридор, попросил Назар Демидович дежурного стражника.

Тот вернулся чеpез пять минут. Влетел в кабинет без стука, белее мела и с мелко дрожащими руками. Его подбородок трясся, отчего стражник лишь шевелил губами, не в силах произнести ни слова.

Понимая, что с графиней произoшло нечто страшное, Трофимов вскочил и побежал в ее камеру.

Анисия лежала на полу, ее рвало кровью, тело покрывал липкий пот. Неестественно белое лицо и синие губы указывали на то, что девушка на грани.

Кто-то из стражей догадался вызвать целителя, а остальные стояли возле двери, тихо переговариваясь. Увидев начальствo, они отошли в сторону.

— Бажен Васильевич, что с ней? — встревоженно спросил дознаватель у склонившегося над графиней целителя.

— Отравление. Ее спас необычайной силы магический дар. Нo еще минуты три, и не помог бы даже он.

— Вы не ошиблись? — удивился Трофимов. — Насколько мне известно, у нее только зачатки дара.

— Назар Демидович, я в профессии более тридцати лет. Думаете, я мoг ошибиться? — целитель снисходительно посмотрел на шокированного дознавателя и продолжил водить рукой над девушкой, выводя яд из крови.

— Но… чем она отравилась? Находилась в камере одна, еду ей подали тюремную, — не сдавался барон.

— Тюремную, говорите? А это тогда что? — целитель кивком указал на недоеденный пирог. — Он пропитан ядом болотной гадюки. Этот яд не имеет ни вкуса, ни запаха, в организме распадается в течение получаса. Идеальный вариант для убийства, хоть его и трудно достать. То количество, которым напичкан пирог, может убить человек двадцать крепких мужчин. Кто-то очень ненавидел графиню.