Книга Остров надежды. Возвращение, страница 45 – Резеда Ширкунова

Аристократы вышли, а Назар вытащил из нижнего ящика стола бутылку крепкого вина. Εго трясло от волнения, пришлось схватить бутылку двумя руками, что бы невзначай не выронить. Прoигнорировав лежащий в том же ящике стакан, он сделал несколько глотков прямо из горла. И лишь когда тепло разлилось по всему телу, расслабленно выдохнул.

Лицо лежащей без движения женщины почти сливалось по цвету с белоснежной простыней. И никто не мог, кроме сына, подойти к ее кровати: стоило кому-то приблизиться, тут же появлялся силовой кокон. Ни у кого из приглашенных магов не получилось убрать его, сила кокона в сотни раз превышала силу их всех вместе взятых. Нет, вначале они пытались, но быстро поняли, что результата не добьются. Тогда решили действовать через ребенка. Εго поселили рядом с матерью, и если нужно было дать лечебный отвар, просили это сделать Ярика.

Арсений не отходил от Анисии, за исключением моментов, когда меняли постельное белье и проводили водные процедуры. И об этом, опять же, договаривался Ярослав, объяснял силе, что необходимо для матери. Кокон раскрывался, а после проведения процедур закрывался вновь.

Стефан пробовал заменить Ярика. Он прекрасно помнил, что на острове источник в первую очередь принял его, а лишь потом сделал Анисию хранительницей. Но сегодня магия не подпустила, хотя сильно заволновалась при его приближении.

Шли третьи сутки беспамятства графини, и, по прогнозам целителя, к вечеру она должна была очнуться. Увы, точно сказать не представлялось возможным: узнать, вышел ли весь яд из организма, наладилась ли работа внутренних органов после воздействия отравы, не давал кокoн.

Периодически Арсений смотрел на ее ауру и видел заметные изменения. Дар Анисии увеличился, а магические каналы стали гораздо шире и сильнее.

Герцог Закрецкий сидел возле кровати любимой и держал на руках заснувшего ребенка, когда неожиданно открылась дверь и на пороге появился Вожак Смелый в сопровождении довольно пожилого дверга. Арсений предположил, что тому более двухсот лет: у переваливших этот возраст появлялись в ауре золотистые вкрапления.

— Сидите, герцог, — махнул рукой король двергов. — Незачем беспокоить спящего ребенка. Я наслышан, как он помогает матери.

Арсений, честно говоря, растерялся. Он не ожидал увидеть его величество в лечебнице, к тому же в сопровождении старца.

Тем временем старец, не обращая внимания на присутствующих, подошел к кокону и, дотронувшись до него, стал что-то тихо бормотать. Кокон начал переливаться, то плотнея, то опять становясь прозрачным, а старик продолжал и продолжал бормотать. Через полчаса кокон послушалсяи спал. Старец покачнулся — видимо, для того, что бы убрать магический кокон, потребовалось слишком много сил, — но король успел подхватить его и усадить на стул.

— Да, внучок, сильная хранительница тебе досталась, — старик пристально посмотрел на вздрогнувшего Арсения. — И не нужно ревновать. Я имел в виду, что источник на острове принадлежит двергам. А хранительницей она стала благодаря своей иномирной душе.

— Что-о-о?! — в один голос воскликнули герцог и король.

— Не мой секрет и не мне его раскрывать. Захочет — расскажет сама, ее право, — старик усмехнулся. — Но это была воля Светлоликого. Больше вам знать пока ни к чему.