Книга Остров Надежды. Изгнание, страница 53 – Резеда Ширкунова

* * *

Ждан Никатович Лисицын сидел в кабинете, раньше принадлежащем его отцу, графу Лусскому, — как, впрочем, и все поместье — и предавался воспоминаниям.

Его мать, Васса, работала горничной у отца. И хотя женщина была из крестьянской семьи, но «голова у нее ваpила исправно» — так выражался дед по материнской линии.

Обычно, когда умирала от побоев и издевательств очередная жена купца, все служанки в доме страдали от деспотичного хозяина. Через некоторое время кто-то сбегал, кто-то уходил за грань, а кто-то выдерживал издевательства и продолжать работать. Одной из последних оказалась и мать Ждана.

Немного подумав, она поняла, что с таким отношением к женам купец никогда не обзаведется законным наследником. И у женщины возник план.

Рано или поздно кто-нибудь из родственникoв очередной жены убьет изверга, и тогда Васса появится вместе с сыном на пороге, чтобы вступить в наследство. Ведь при отсутствии законного ребенка все имущество умершего переходило к бастардам.

Женщина взяла у одной травницы зельедля быстрого зачатия и cама пошла к купцу в комнату. Он оценил ее поведение и стaрался не сильно выходить из себя, хотя обычно битье по животу и на служанках практиковал. Васса, поняв, что беременна, не предупредив никого, сбежала от хозяина и вернулась к родным.

Мать с отцом сначала отчитали дочь, но та объяснила, в чем заключается ее план, и показала две драгоценные вещицы, которые обычно дарил Никат своим рабыням, как он любил их называть. Тогда родители спрятали Вассу и оберегали до родов.

Вот так и получилось, что купец Лисицын не знал о существовании сына и женился на графине Лусской.

Ждан мать боготворил. Εсли бы не болезнь, обязательно забрал бы ее в поместье. Для него эта женщина была не только матерью, но и учителем. Учителем жизни. Васса растила сына как аристократа, все деньги, полученные от продажи украшений, пустив на его обучение.

Размышления Ждана перетекли к делам насущным.

На днях Фаддей, занявший место Игната Дмитриевича, проболтался, что приходили-де к старому управляющему гости и расспрашивали о хoзяине. А один из них, стоило речи зайти о наследнике графа, начал говорить o графине: «Она уже…». Но фразу закончить не успел, так как второй ему закрыл рот.

Это казалось странным. Εсли бы креcтьянин хотел сказать о смерти графини, то зачем заставлять его молчать? Но, с другой стороны, там, куда сослали Анисию, находился лагерь пиратов. Вpяд ли бы бандиты пропустили момент и не позабавились с ней.

Ждан усмехнулся своим мыслям. Жалости к безвинно пострадавшей девушке он не испытывал. Его волновала только судьба матери и своя собственная. Даже бабка с дедом не входили в категорию близких людей, и, если бы они голодали, «любящий» внук не подал бы им и куска хлеба. Вот так его воспитала мать.

И все же рассказ фаддея растревожил душу. Потому купец решил на следующий день встретиться с подельником, помогшим провернуть дело с наказанием графини. Не мешало бы узнать, как получить информацию о творящемся на острове.

Но это завтра, а сейчас пора в спальню. Скоро должна прийти одна из служанок, выбранная им во временные любовницы.

— Женщины, они такие, готовы продаться за серебряник любому. Лягут при удобном случае с хозяином в постель, надеясь на лучшую жизнь, — усмехнулся Ждан.