Книга Кто впустил зло в сердце свое…, страница 7 – Элла Яковец

Или нужно уже перестать называть его незнакомцем?

— Как тебя зовут? — хрипло спросила я.

— Велиар, — ответил он. — Велиар Ван Дорн.

— Велиар Ван Дорн, — нараспев повторила я, чтобы как-то отвлечь себя от снова охватывающей рассудок страсти.

Широкая ладонь профессора скользнула по внутренней стороне моего бедра, уперлась в живот.

— Не так быстро, детка, — сказал он, одним движением опрокинув меня на широкую кровать. — Я сам решу, когда…

Я швырнула на узкую кровать чемодан и осмотрелась. Такое впечатление, что этот мир сговорился и решил всеми возможными способами донести до «этой суки Бельфлер», что она ничтожество.

Комендантша меня узнала, конечно, судя по ее кислому лицу. Старая карга многозначительно втянуланосом воздух, когда я заявилась утром в ее кабинет, и, кажется, мысленно приклеила мне на лоб бумажку с надписью «шлюха».

«Заслуженно», — с сарказмом подумала я.

А тело моментально отозвалось мучительно-сладкой дрожью от воспоминаний о прошедшей ночи. В которую Велиар Ван Дорн бессчетное количество раз возносил меня к вершинам блаженства.

«Как поэтично ты называешь слово 'оттрахал», — мысленно фыркнула я.

Ну да, поэзия закончилась. Началась проза.

Которая выглядела как крохотная конура с такой узкой кроватью, что мне хотелось позвать обратно комендантшу и попросить продемонстрировать, как она своим объемным задом на этой «шконке» поместится.

Шконка, ха…

Надо заметить, когда меня заперли в изоляторе магической тюрьмы Тиамат-лодж, кровать там была нормального размера. А не это…

Итак, что мы имеем? Узкая кровать для сна на боку, грубый стул с прямой спинкой и доска, приколоченная к стене. Типа рабочий стол. И узкий шкаф, в который даже любовника в случае чего не спрячешь.

«Добро пожаловать в колледж Индевор, мисс Бельфлер!» — вспомнила я слова комендантши. И выражение лица, с которым она это сказала.

Впрочем, я привыкла. Я же темная. А таких, как я, еще лет тридцать назад сажали в тюрьму за сам факт существования. И казнили в случае малейшей провинности. И почти всех выкосили, на тот момент, когда обнаружилось, что без нас, оказывается, этот мир не справляется. Так что нам милостиво позволили жить.

Но отношение обычных магов и простецов не изменилось.

Раз я темная, значит по определению опасная дрянь и нужно держаться от меня подальше.

Чтож… Каждому свое.

А мне надо бы привести себя в порядок и пойти знакомиться. Когда мы подписали договор, декан Кроули сказал, что есть всего две дисциплины, которые арестантский браслет не блокирует. Это управляемые сновидения и вся темная магия. Так что я должна буду вести факультатив по снам. И научить кого-то одного из студентов темной магии. На мой выбор.

Я вздохнула и посмотрела на себя в мутноватое зеркало. Кисло улыбнулась своему отражению. Подмигнула.

Значит надо пойти и выбрать!

Форма сидела отлично. Мне даже не нужно было видеть себя в полный рост, чтобы это понять. Когда училась, я часто завидовала аспирантам. С одной стороны, их форма была красивее — строгая, суровая, похожая на военный мундир. С другой — они имели право ходить, в чем хотели. В отличие от студентов, внешний вид которых то и дело блюли.

— Как ты можешь позорить своим видом позорить гордое звание мага! — кривляясь, пробормотала я и показала своему отражению язык.