Книга Кто впустил зло в сердце свое…, страница 83 – Элла Яковец

— Сказали, само заживет, будут они еще ценные зелья на всякую ерунду тратить, — хихикнула я. — Почему ты на меня так смотришь?

— Оцениваю, надо ли устроить тебе до утра политическое убежище, или ты в состоянии выдержать надвигающийся шторм, — усмехнулся он.

— И как? — с надеждой спросила я.

— Ты в порядке, — усмехнулся он и звонко шлепнул меня по заднице. Так неожиданно, что я даже ойкнула.

— Они прямо сюда скандалить идут? — спросила я.

— Нет, мне велено доставить тебя немедленно в кабинет ректора Картера. — Так что идем. Где твои туфли?

Я неопределенно пожала плечами, кивнув головой куда-то в сторону бального зала.

— А если бы я была не в порядке? — спросила я.

— Тогда бы я тебя спрятал в надежном месте, явился бы к ректору и сообщил, что нигде не смог тебя найти, — Ван Дорн приобнял меня за талию и подтолкнул вперед. — А может и хорошо, что ты босиком. Наш ректор — натура сентиментальная, может и пожалеет тебя.

— Но мне нужно… — я оглянулась на запертую дверь медблока.

— До утра Калинда тебяк своим пациентам все равно не подпустит, — руки Ван Дорна снова настойчиво меня подтолкнули. — Давай-давай, скандал без тебя не начнется!

— Выглядит так, словно ты забавляешься, — подозрительно прищурилась я.

— В каком-то смысле это так и есть, — честно ответил Ван Дорн. — Мне с самого начала идея этого двойного обучения казалась спорной. Было подозрение, что это во-первых ускорит процесс, а во-вторых сделает его неуправляемым. Так и получилось. Что ты на меня так удивленно смотришь?

— Вроде среди нас я темный маг… — задумчиво проговорила я.

— А наша семья уже не одну сотню лет на темных магов охотилась, — усмехнулся Ван Дорн. — Так что кое-что я в этом все-таки понимаю.

Я сдалась и перестала упираться. В конце концов, сидеть на холодном полу перед запертой дверью и упиваться жалостью к самой себе — не сильно лучше, чем предстоящая мне громкая разборка. В конце концов, максимум, что со мной могут сделать — это выгнать из Индевора с позором. Потратив кучу денег на другого наставника, который проведет обучение до конца. Кто-то неплохо заработает и запорет ребятам жизнь и карьеру, а кто-то снова окажется в той же точке, откуда все началось — на днище дна, в каком-нибудь грязном мотеле. Где я, кстати, тут же перестану быть мишенью для политических интриг моего отца. Спевшегося с отцом Ван Дорна.

Так что…

До кабинета ректора мы дошли молча. Издерка переглядываясь. Ван Дорн мне ободряюще подмигивал. На лестнице его рука даже игриво скользнула между моих бедер…

— А может ты все-таки меня не нашел? — прошептала я, когда мы подошли к двери кабинета ректора.

Громче всех из-за двери было слышно декана Лурье. Ее пронзительно-феечный голосок, кажется, даже магическая завеса бы не перекрыла, что уж говорить о какой-то там двери. Пусть и такой внушительной, как ректорская.

— Готова? — Ван Дорн подмигнул.

— Нет, но что это меняет? — пожала плечами я.

Когда я появилась на пороге, все моментально замолчали.

— Добрый вечер, — сказала я. Попыталась улыбнуться даже, но разбитая губа это мое желание не особенно поддержала.

— Проходите, мисс Бельфлер, — сухо сказал ректор. На стул не кивнул, что означало, что я должна остаться стоять. Ван Дорн прошел к своему месту.

— Я предупреждала, что все это добром не кончится! — нарушила напряженное молчание декан Лурье.