Книга Подменная невеста графа Мелихова, страница 51 – Лина Деева

Даринка замотала головой.

— Что вы, барыня! Это тот барин, Черногорцев, всё толковал: мол, проклятие на усадьбе страшное, и если его до сорокового дня не снять, не будет здесь счастья.

Я с подозрением сузила глаза:

— А раньше ты, помнится, говорила, что не знаешь, какое дело у него к хозяевам усадьбы было.

Запутавшаяся в показаниях прислужница покаянно опустила взгляд и ковырнула ковёр на полу носком лапотка.

— Да я и не ведаю. Просто, когда с Кириллкой в Задонск на ярмарку ездила, тамошние бабы про барина Черногорцева болтали. Мол, слышали от его прислужника, что барин — колдун великий и что только он смогёт проклятие с усадьбы снять. Только сделать это надо аккурат до сорокового дня.

О, блин! Ещё и колдун на мою голову!

Я помассировала виски и уточнила последнее:

— Хорошо, а новая хозяйка тут при чём?

И снова Даринке пришлось конфузливо прятать глаза и втягивать голову в плечи.

— Да это я нечаянно при Кириллке сболтнула. Барин ведь предупреждал, что жену вскорости привезёт, ну, мне и подумалось…

«Мыслительница! — раздражённо подумала я. — Правильно Демьян сказал, времени чересчур много свободного, раз на выдумки хватает».

И сухо заметила:

— Теперь всё понятно. Ладно, ступай. Ты и так со мной заболталась, а дела стоят.

— Слушаюсь, барыня! — Даринка, не будучи дурочкой, намёк поняла и быстренько выскочила из комнаты, прихватив поднос с оставшейся после завтрака грязной посудой.

А я, немного поразмыслив, решила отправиться в парк. При дневном свете взглянуть на обрыв, в принципе оценить состояние территории, ну и уложить в голове вываленный на меня ворох суеверий, слухов и реальных сведений.

Глава 34

«Ну какова Даринка! Знать ничего не знает, ведать не ведает, а потом — оп-па! И про Черногорцева инсайдерской информацией владеет, и идею о кладе управляющему подкинула. Так, глядишь, окажется, что она здесь главный кукловод и серый кардинал».

Насчёт последнего я, конечно, шутила, однако галочку «присматривать за прислужницей и кухаркой» себе всё-таки поставила. Очень уж буйное у них воображение, как бы ещё чего не изобрели.

И за всеми этими размышлениями едва не упустила, как чудесен был утренний парк. Как легко в нём дышалось, какие мягкие были краски, как мелодично распевали птицы. А когда окружающая красота наконец пробилась к моему сознанию, я вышла на памятный обрыв и, в точности как ночью, на несколько секунд замерла, впитывая в себя открывшийся вид.

Не зря, ох, не зря владельцы имения поставили здесь беседку! Как, должно быть, замечательно было сидеть в ней, пить чай из самовара и любоваться донскими просторами под синими в мелкий барашек небесами.

«Вот приведу здесь всё в порядок, буду каждый день чаепития устраивать», — твёрдо сказала я себе.

Однако, заглянув в беседку, поняла, что поспешила с обещаниями. Потому что она оказалась вовсе не беседкой, а чем-то вроде бювета, только с напрочь пересохшим фонтанчиком. Интересно, что с родником случилось? И был ли он обычным или минеральным?

— Мелихов должен быть в курсе, — решила я и, оставив павильон, опасливо приблизилась к пролому в изгороди вдоль обрыва.

В общем, ничего удивительного, что она не выдержала. Дерево было откровенно гнилое, а управляющий ещё и оказался в самом неудачном месте, где за склон не цеплялись кустики и деревца. Так бы он мог ухватиться за какую-нибудь ветку и если не остановить, то хотя бы замедлить падение. Но не повезло: ни с кладом, ни здесь.