Книга Подменная невеста графа Мелихова, страница 52 – Лина Деева

— Только почему же он упал?

Я задумчиво потёрла переносицу. Даринка считала, управляющий увидел обитавшее в усадьбе «страшное». Однако я была уверена: никто из сверхъестественных обитателей дома и прилегающей территории сюда не забредал. Не их зона ответственности.

«Может, парк оберегает какой-нибудь леший? — предположила я. — Или садовый. Садово-огородный. Интересно, есть такая нечисть или нет? Надо у Аристарха уточнить».

Я стояла как раз напротив пролома и, интереса ради, решила вообразить себе вора, мчавшегося к берегу и спасительной лодке.Откуда он мог сюда выскочить? Ну, наверное, оттуда: дом вроде в той стороне, а нёсся напуганный управляющий, как танк, напролом. Значит, выскочил, метнулся к обрыву, полез через изгородь, чтобы спуститься к реке, и тут его что-то напугало. Может, между деревьями почудилось. Может, в бювете.

Мне припомнился полный ужаса вопль, который долетел до нас ночью, и обрыв как-то сразу растерял свою живописность. Да, стоял белый день, но, с другой стороны, я сейчас была здесь одна.

«Пойду, пожалуй. Место осмотрела, нечего задерживаться. Сейчас к Ермолаю загляну, а потом — обратно в особняк. Список продуктов составлять, с ключами от запертых комнат разбираться и в целом знакомиться с мелиховскими владениями».

И я приступила к выполнению плана: двинулась дальше по парковым дорожкам в сторону ворот (по крайней мере, надеялась, что туда).

К счастью, на этот раз обострения топографического кретинизма не случилось. Я без проблем вышла из парка вблизи сторожки привратника и обнаружила, что сделала это очень вовремя.

— А я говорю, не велено! — громко кричал стоявший у ворот Ермолай. — Добром прошу: ступайте, барин! Покуда беды не случилось!

«Неужели Черногорцев явился?» — Мне прямо-таки зазудело увидеть «колдуна» своими глазами. Впускать его, я, конечно, не собиралась, но почему бы не перекинуться парой фраз?

И, подхватив юбку, я решительно зашагала через лужайку, торопясь, пока незваный гость не уехал-таки восвояси.

Не уехал, хотя Ермолай и грозился спустить несуществующих собак. Он уже заканчивал свой пассаж, когда увидел меня, и осёкся на полуслове. Открыл рот, собираясь приветствовать, как положено, однако я торопливо прижала палец к губам. И со старушечьими интонациями громко спросила:

— Хтой-то там, Ермолай? Никак барин?

— Барин, барин! — раздражённо донеслось из-за ворот. — Открывайте, хрычи старые! Или барыне доложите!

— А какой-такой барин? — продолжила допытываться я. — Уж не Мелихов ли?

И подмигнула Ермолаю: ну же, подыграй!

— Не Мелихов. — Старик явно был не в своей тарелке, однако старался. — То барин Черногорцев.

— А-а! — протянула я. — Который колдун, значится? Настояшший?

— Настоящий! — рявкнули с той стороны. — И если не откроете, я вас…

— Что именно вы нас? — холодно поинтересовалась я, переходя на свой обычный тон. — Если ваших якобы колдовских способностей нехватает, чтобы разобрать, с кем вы говорите.

По ту сторону ворот не нашлись с ответом, и я решила добить:

— Назовите хотя бы одну причину, господин Черногорцев, по которой я должна уделить вам своё время. Только без сказок о наложенном на усадьбу проклятии: я уже поняла степень вашего колдовского дара.

Ответ прозвучал не сразу. Но только я собралась окончательно втоптать эго колдуна в грязь и послать его в лес за ёлками, как Черногорцев разродился.