Книга Луна для Дракона 3, страница 262 – Катерина Дэй

Сэтан пристально смотрел на нее, переводя взгляд сверху вниз, не оставляя без внимания ни один изгиб ее тела. Пальцами он медленно провел по изящному изгибу ее шеи. Это движение дрожью отозвалось во всем ее теле. По венам побежала горячая кровь. Глядя на него, Ари почувствовала, что с ней творится что-то странное. Она лежала неподвижно, и где-то в глубине сердца рождалась трепетная нежность. Ее никогда не боготворили прежде, никогда не возносили и не поклонялись ей. Никогда в жизни она не испытывала такого удивительного желания, которое охватило сейчас — отдать себя. Она хотела его, хотела делать то, что ему нравится, хотела быть такой, какая была ему нужна. В этот момент ей вдруг показалось, что она создана именно для того, чтобы отдаваться. Это был единственный способ утолить нестерпимый голод своего тела и своей души. Тихо простонав, она прогнулась навстречу его ласкам.

Сэтан медленно опустился, и Арина чувствовала, как его горячие губы сомкнулись на ее груди, словно он изголодался, а она была лакомством, в котором ему долго отказывали. Она вскрикнула, и изогнулась, обхватив мужской затылок, прижимая его к груди. Все в ней напряглось и сжалось. Наслаждение сосредоточилось там, где ее пожирал его рот, где бешено вращался его язык. Она чувствовала себя в агонии.

— Сэт! — взмолилась она и снова вскрикнула.

Напряжение внутри нее нарастало, скручиваясь в тугой узел. Контролировать себя было выше сил. Ее тело била крупная дрожь от мощи этих ощущений, их пугающей новизной.

— Какая ты нежная… невероятно красивая, — его хриплый голос действовал посильнее любого спиртного напитка. Он обжигал, проникал под кожу, заставлял вздрагивать от неконтролируемого возбуждения.

И она сама потянулась к его губам, обхватывая руками его сильные плечи.

Запах ее желания сводил с ума. Бил по оголенным нервам, скручивал нутро в тугой узел, заставляя дрожать от перенапряжения. Потребность немедленного обладания была столь сильной, что он был готов завыть! Он хотел свою девочку до искрящихся звезд перед глазами, до судорожно стиснутых челюстей и прокушенной до крови губы. Хотел, но сдерживался. Потому что внутри него билось еще одно, совершенно иноежелание: он хотел сделать приятное ей. Должен был во что бы то ни стало, словно в том была острая жизненная необходимость. Хотел, чтобы хоть раз все было по-настоящему. Чтобы слышать ее сладкие стоны, видеть затуманенные наслаждением глаза, чувствовать неровное дыхание и грохот бешено колотящегося сердца. Это было сильнее его, сильнее низменных плотских желаний, сильнее доводов разума, остатки которого разметались вместе с раскиданной по полу одеждой. И он раз за разом вдыхал ее запах. Словно помешанный, опьяненный крепким хмелем ее тела. Вылизывал кожу, ощущая тысячи разных оттенков. Ласкал, подмечая малейшие реакции на свои прикосновения.

— Боги, — проговорил он хриплым от возбуждения голосом.

Уперевшись руками о постель, он рывком приподнялся и одним мощным движением бедер глубоко проник в нее, полностью овладев и забрал у нее весь оставшийся воздух из груди. Ари вскрикнула от наслаждения. Ухватившись за его мускулистые плечи, она приняла его в себя, призывая взять ее всю. Она хотела его, хотела безумно. В момент наивысшего блаженства они слились в едином движении, едином порыве. Их единство было теснее, чем просто прижавшиеся друг к другу тела, глубже, чем жаркие вдохи, тихие, страстные мольбы и гортанные, хрипловатые звуки несказанного наслаждения. Вместе они слились в вечном танце любви, подчинившись магическому ритму самой природы, который вознес их на вершину блаженства.