Книга Наследница замка Ла Фер, страница 92 – Юстина Южная

Однако заработав баллы у меня, герцог однозначно потерял их у госпожи д'Алер. Я с нескрываемым удовлетворением отметила, что рыжеволосая красотка, с ревностью оглядев эту пару, досадливо прикусила губку.

Следующей на очереди у месье де Монморанси стала наша тетушка. И здесь я тоже стала свидетельницей достаточной меры почтения, проявленной к нашей старушке. Герцог был еще мальчишкой, когда впервые узрел величественную фаворитку короля Людовика, и, видимо, сохранил с тех пор в отношении нее некоторый пиетет.

Сестры же де Ла Фер были представлены герцогу еще при своем первом выходе в свет, так что сейчас мы вместе с мадам Эжени и виконтессой ограничились вежливыми реверансами. Граф и виконт тоже поклонились.

— А вот и героиня нашего вечера, — с улыбкой прокомментировал герцог, подходя ко мне и позволяя себе заметное любопытство во взоре. — Моя супруга много рассказывала о ваших поистине неженских усилиях в деле создания яблочного вина. По долетевшим до меня слухам, у вас получилось нечто особенное. Что ж, с нетерпением жду возможности попробовать ваш подарок. А пока прошу к столу, вкусим от посланных нам щедрот Господних.

Я перевела дух — первый контакт с могущественным вельможей вроде не провалила. Впрочем, я пока еще ничего и не делала, только улыбалась и старалась держаться поближе к Мадлен.

Едва раздалось приглашение герцога, зал наводнили невидимые до этого слуги. Они помогли всем рассесться за столом и, сначала принеся тазики для омовения рук, затем начали выставлять блюда с едой.

Ну, что сказать, «щедроты Господни» оказались поистине королевскими. Это вам не Розиттин гусь, поданный в трех вариантах. Чего тут только не было! Рождественский пост у католиковвесьма мягкий, а так как собрались мы не в пятницу, стало быть, нам дозволялось вкушать мясо во всем его многообразии. И это многообразие поражало!

Жареные фазаны, куропатки, запеченные с беконом и грушами, тушеный в молоке кролик, фаршированная грибами утка, горы вяленой оленины. А еще супы, похлебки, огромные хлебные лепешки, и ко всему этому вдобавок тушеная кислая капуста, гороховая каша, сваренная с душистыми травами, свежий салат, очевидно выращенный в оранжерее, итальянские апельсины и прочее, прочее, прочее. Причем всё приготовленное с таким мастерством, которого я и не смела ожидать от средневековых поваров. Хотя, в конце концов, это же королевский замок. Наверняка его величество собрал здесь не только самых знатных аристократов, самых знаменитых художников и скульпторов, но и самых лучших поваров во всей Франкии, а то и за ее пределами.

В общем, как я не захлебнулась слюной, одному Богу известно. Спасло меня лишь то, что я сидела по левую руку от герцога, и было немного неловко, чавкая и давясь, пожирать куропаткину ногу, напрочь перемазавшись в стекающем с нее жире. Так что пришлось взять себя в руки и изобразить благопристойную юную мадемуазель, вкушающую не больше трех зернышек в день.

Разговор за столом тек легко и непринужденно. Даже я сумела наконец немного расслабиться и вставила пару реплик, надеюсь, уместных и в меру остроумных. Но все же некоторое смущение меня не покидало. И дело вовсе не в том, что я испытывала трепет перед сильными мира сего. Они — такие же люди, как и все, поэтому ни в своем родном мире, ни в этом я никогда не впадала в каталепсию при виде какого-нибудь властного чиновника или вот, например, всамделишного герцога.