Книга Любава-травница Галиаскаса..., страница 47 – Резеда Ширкунова

— Хорошо, дитя, я позвал тебя не просто так. У меня есть сын. Не смотри так, я говорю о внебрачном сыне, хотя я его не признал, но от этого он не стал мне чужим. Посмотри его, может, сможешь вылечить.

— Можно посмотреть сейчас, Ваше Величество.

Он поднялся и подал руку травнице. Любава пошла вслед за императором. Она чувствовала на себе любопытные взгляды приближенных, но делала вид, что это её не касается.

Они зашли в большую светлую комнату. Первое, что бросалось в глаза — это большая кровать, на которой лежал совсем исхудавший молодой человек, очень сильно напоминающий императора, но в более молодом возрасте. Его белое лицо и обескровленные губы буквально сливались с белоснежной простынью.

Мужчина медленно повернул голову и лихорадочными глазами посмотрел на Любаву.

— Это ты? — спросил он минуту спустя.

— Это я! — ответила она и опустила голову.

— Вы что, знаете друг друга? — удивился император.

— Нет, — дружно ответили они.

— Тогда я совсем ничего не понимаю. — Он присел на рядом стоявшее кресло и изучающе посмотрел сначала на сына, затем на девушку.

— Отец, это очень длинная и поучительная для меня история, из-за которой я теперь расплачиваюсь своей жизнью. Я прошу у тебя прощения,что много в своей жизни врал тебе и делал поклеп на других людей, в частности на твоего первого советника.

— Это разговор не для чужих ушей, Пробус, — пытался остановить сына император.

— Как раз для её ушей. Я бы хотел объяснить многие поступки, которые сделал, но сейчас мне бы хотелось остаться с этой девушкой и поговорить с ней наедине.

Император внимательно посмотрел на сына, затем молча встал и вышел из спальни.

Возникло неловкое молчание. Затем Любава откашлялась и спросила.

— Как вы догадались, что именно я бегала от вас?

— Староста деревни описал. Он с такой злостью говорил всё о твоих недостатках, что не запомнить было сложно, — усмехнулся мужчина.

— Это как? — не совсем поняла Любава.

— Он извратил женственность во всех её проявлениях, сравнивая тебя с самыми мерзкими существами. У меня не повернётся язык всё это повторить. — Он вымученно улыбнулся. — Ты чем-то похожа на неё, но она была чистым небесным созданием.

— Я не могу понять одного: зачем надо было это всё?

— Я сам себя временами не понимал: во мне играли злость, обида, оскорбление. Мне хотелось одного — мести. Ты не представляешь, Любава, как я любил Митию. Мы ведь с детства были обвенчаны. Сначала это была детская влюблённость, затем переросла во взрослую. А потом появился он, который все разрушил… С ним я ничего не мог поделать, его по моему наговору выслали из страны, её отца посадили по этой же причине. Затем я вновь постарался ухаживать за ней, показать, что не хуже, чем этот ушастый, но выяснилось, что она носит под сердцем его ребенка. Ей удалось сбежать, а как только мне удавалось напасть на её след, она вновь и вновь сбегала. В последний раз я подумал, что раз у меня нет жизни без неё, значит, пусть она тоже умрёт, и бросил вслед проклятье «Чёрной смерти».

— Может быть, стоило её просто отпустить, а самому найти невесту, которая бы любила вас, а вы — её?

— Этот вариант возможен, но не для меня. Я однолюб. Для меня никого не существовало, кроме неё. Портал закрывался, и я не понял, попал в неё или нет, потому отправился на её поиски.