Книга Опальная княжна Тридевятого царства, страница 77 – Кристина Миляева

— Домой, — прошептала я, и в этом слове теперь был не только тоскливый зов, но и уверенность, почти приказ. — Теперь… теперь я могу.

«Да, — мысленно, с лёгким нажимом ответил кот. — Можете. Но помните… с силой, приходящей так внезапно и в таком объёме, приходит и ответственность. И, что неизбежно, внимание. Внимание других существ, старых и могущественных, что бодрствуют на границах миров. Они теперь знают о вас. Чуют ваш новый запах. Мир, принцесса, не останется прежним. Ни этот. Ни тот, в который вы так стремитесь».

Я кивнула, с новообретённой силой поднимаясь на ноги. Я не просто встала — я парила над землёй, ощущая её притяжение как лёгкую, почти приятную тяжесть. Я чувствовала себя не просто ведьмой, даже не архимагом. Я чувствовала себя силой природы. Живым воплощением воли вселенной. И глядя на тропу, уходящую в чащу, я знала — я была готова. Наконец-то, после всего, что случилось, я была по-настоящему готова вернуться домой. И ничто не могло меня остановить.

Мы вернулись на поляну к старой избушке. Место, ставшее за эти недели чем-то вроде убежища, теперь казалось игрушечным, несерьёзным после той мощи, что бушевала во мне. Стены, когда-то казавшиеся надёжными, теперь выглядели хлипкими, а крыша — бумажной. Энергия, поглощённая из Анфисы, не утихала. Она кружилась внутри, как раскалённая лава, тяжёлая и текучая, требуя выхода, наполняя каждый нерв огненной силой. Я была похожа на переполненный кувшин, вот-вот готовый треснуть по швам; кожа буквально горела, а в ушах стоял постоянный высокочастотный звон мощи.

Первым делом я принялась за круг. Старый, меловой, из моей прошлой, студенческой жизни, был детскими каракулями по сравнению с тем грандиозным инструментом, что мне был нужен теперь. Я использовала всё, что могла найти и призвать. Рукой, горящей изнутри, я выжигала на земле сложнейшие руны, и они дымились, испуская запах озона и горячего камня. Острые осколки кварца и обсидиана, поднятые силой воли, вплавлялись в почву, образуя силовые узлы. Я приказала корням ближайших деревьев выйти на поверхность и сплестись в живой, пульсирующий орнамент, а ветви согнулись над кругом, образуя купол. Это был не просто транспортационный круг. Это был монумент моей воле. Сложнейшая многослойная матрица, способная не просто пробить дыру между мирами, а создать стабильный, управляемый, безопасный портал — мост, а не обрушивающийся тоннель.

Я работала молча, сжав зубы, полностью отдавшись процессу. Каждое движение руки, выводящей в воздухе светящиеся символы, было выверенным до миллиметра. Каждое слово силы, которое я шептала сквозь стиснутые зуба, — отточенным и полновесным, заставляя вибрировать саму реальность. Кот сидел в стороне на пне и наблюдал. Его привычная надменная поза сменилась чем-то другим… Напряжённой, почти благоговейной собранностью. Он следил за каждым моим жестом, его зрачки были расширены, улавливая малейшие всплески энергии.

Когда последняя ветвь вплелась в узор, а последняя руна вспыхнула стабильным, ровным сиянием, я выпрямилась, смахнув со лба пот, пахнущий озоном. Круг был готов. Он лежал на земле, похожий на гигантское, дремлющее существо из света, камня и дерева, готовое проснуться по моему слову.