Книга Бракованный принц и замок в кредит, страница 8 – Кристина Ло, Мари Марс

— А ты где его взял? — решила я уточнить, в красках представив разъярённых соседей с вилами. А здесь, судя по всему, могло быть что-то и посерьёзнее вил.

— В шкафу. Бабка твоя его ещё покупала, но надеть так и не успела, — горестно вздохнул Шушик, и его большие глаза подёрнулись влажной пеленой. — Да Убоюкает её душу Верховный.

— Кто? — не поняла я.

— Эх, учить тебя ещё всему придётся, — тяжко выдохнул он, скача по столу, словно грустный ёжик. — Верховный Создатель.Всего их пятеро, все братья и сестры. Старший, Верховный, следит за порядком, а у младших у каждого своя вотчина. Твоя бабка, старая графиня, их очень почитала.

Вдаваться в подробности местного верования я пока не стала. Голова и так разбухала от переизбытка информации, как перезрелый плод, готовый лопнуть. Я просто кивнула и, отойдя к дальнему углу, переоделась.

Едва я надела платье, оно будто обняло меня, идеально сев по фигуре. Ткань была невесомой и тёплой. Чувство сырости и холода исчезло, сменившись странным, щекочущим душу ощущением защищённости. Я почувствовала себя намного лучше. Не сказать, чтобы прям отлично — назойливая мысль о том, что я нахожусь в затяжном приступе белой горячки, всё ещё стучала в висках. Но всё вокруг было настолько ярким, тактильным, реальным — от шершавого камня под ногами до сладковатого запаха древнего дерева — что сомневаться в происходящем становилось всё страннее и бессмысленнее.

Я сделала глубокий вдох. Пахло пылью, мокрым камнем и... приключением. Пусть и вынужденным.

— Вот скажи мне, чудное создание, — обратилась я к Шушику, удобно устроившемуся у меня на коленях тёплым, мурлыкающим комочком. — Что мне теперь делать? С чего вообще начинать, когда ты — графиня-банкрот в чужом мире?

— Жить, — просто ответил он, даже не открывая глаз. — Ты, хозяюшка, лучше поскорее делом займись, а не вздыхай о прошлой жизни. От этого сыт не будешь.

— Каким таким делом? — вздохнула я, смотря в запылённое оконное стекло, за которым медленно садилось багровое солнце. Пейзаж был чужим, незнакомым.

— Эх, ничему тебя мать не обучила, всё бедному перкину делать нужно, — проворчало это создание, слегка ворочаясь. — Так слушай. Земли твоего баронства располагаются от Грозовой Скалы до реки Черноводной.

Прозвучали эти слова — и перед моим внутренним взором вдруг раскинулась чудесная картина: солнечная, цветущая долина, обрамлённая величественными горами, по которой петляла широкая серебристая лента реки. Я даже замерла, завороженная.

— Кхм, — прокашлялся зверёк, разрушая прекрасный образ. — Вот это ты, конечно, размечталась. Всё не так красочно, поверь. Ну да ладно, потом сама осмотришь — поймёшь. Так вот, некогда эти земли были главным достоянием твоей семьи. Славные были времена, — вздохнул он, и в его голосе зазвучала настоящая грусть. — Богатство и властьпередавались из поколения в поколение. Пока бабка твоя, Розария, роковой ошибки не свершила. Влюбилась в проходимца, который всё состояние по ветру пустил.

— Это, конечно, очень занимательная семейная история, — перебила я его, — но мне бы узнать главное: зачем, а главное — как мама отсюда сбежала?

— Всё просто, хозяюшка. Горюшко за вашей семьёй как приклеенное следует, словно проклял кто. Розария не тому сердцу доверила. А уж дед твой хоть и дурак был, но безобидный... Ну а отец твой... — Шушик замолчал, словно подбирая приличное выражение. — Да злыдень он амбициозный был. Силы да власти хотел не для мира, а для себя. Вот и сбежала мать твоя, чтобы зла он не наделал, да заодно и тебя, под сердцем, в свой мир унесла.