Книга Брак графини ван дер Вейн, страница 79 – Даниэль Брэйн

Не совсем бального. Собственно, те балы, которые чаще всего показывали в исторических фильмах – галантные кавалеры, дамочки в легких платьях вальсируют и играют веерами – относились совершенно к другой эпохе. Здесь же на каждой даме было надето без малого пятнадцать килограмм – та еще легкость, с ней не попрыгаешь. Ну и сам бал был скорее развлечением для короля, потому что танцевал в основном он, ну и еще несколько самых важных придворных.

Все происходило крайне неспешно: сначала под размеренную камернуюмузыку в центр зала выходила королевская чета, затем, по окончании первого танца, король и королева выбирали себе партнера из приближенных, потом меняли этих приближенных, и так раз пять, шесть, семь. Вместе с ними в действе участвовало от силы человек двадцать – остальные же жались по стенам с умиленными лицами и упражнялись в приседаниях, вот и все. Скорее представление, чем танцы, и я немного надеялась, что нынешнее величество получает от балов удовольствие, как Людовик-Солнце, и я увижу не просто размеренную ходьбу под музыку, но настоящий спектакль с правящей четой в главных ролях. Это меня немного бы примирило с толпой, в которой мне несколько раз отдавили ноги.

В своей прежней жизни до того, как у меня появился автомобиль, я много и часто ездила на общественном транспорте. Я застала еще те времена, когда сесть в вагон метро с первого раза было практически нереально, поэтому научилась бороться и за свою жизнь, и за то, что держала в руках. Молча, стиснув зубы, упорно прорываться, не отвлекаясь ни на что. Словом, с моей многолетней подготовкой пассажира столичной подземки конкурентов среди собравшихся у меня не было – я очень скоро оказалась в первых рядах, откуда мне было все превосходно видно.

Здесь и сейчас разодетые в пух и прах дамы и господа обливались потом – и сразу же их продувал уверенный ветерок. Сквозило в королевском дворце везде, в этом я уже не один раз убедилась. Нужно было обладать богатырским здоровьем, чтобы выдерживать этот контраст и не простужаться – хотя, в некотором смысле, можно было счесть это своеобразным закаливанием и тестом на «самое слабое звено». Музыканты тихонько настраивали инструменты, по залу летел сдержанный шепоток, импозантный, роскошно одетый мужчина беседовал с не менее разряженной дамой, не отвлекаясь от более важных дел, связанных с насущной нуждой и шторой. По шторе расплывалось пятно, что никого не смущало.

Меня это тоже давно перестало смущать, я только с улыбкой – и, к счастью, уже без особых эмоций и тоски – вспоминала, как меня выбешивало то же самое в городских подворотнях. Наверное, генетическая память, хотя, разумеется, не она.

О наполнившем зал аромате, в котором смешались запахи свечей, пота, духов и того, что оставляло пятно на шторе, я старалась не думать.

Высмотреть Федерику в толпе было проблематично.Все девушки, стоящие по правую руку от меня, были похожи как две капли воды, все в одинаковых практически платьях – что по фасону, что по цвету, и ни одной рыжей, но это понятно. Федерика должна была быть в парике. Слева выстроились придворные, мне показалось, что у них там активный тотализатор. Я бы тоже сделала ставки, было бы на что.

Минут через двадцать все стихло. Никто никакой команды не подавал, просто прекратилось шуршание и звуки настройки. Может, кто-то и махнул кому-то рукой, но я со своего места не видела. Я вглядывалась в лица невест и кусала губы. Неужели я ошиблась и невест запускали по ку-ар кодам? Или что тут у них, какой отличительный знак?