Онлайн книга «На грани»
|
— Пожалейте своё время и силы. Вы же сюда пришли, так давайте проведём этот эксперимент. Доверьтесь мне хотя бы в этой малости. Идёт? — Хорошо, — нехотя согласилась Пономарёва. — Тогда откиньтесь на кресло, закройте глаза и представьте, что вы больше никогда не встретите Анатолия. Что вы чувствуете? Пономарёва честно закрыла глаза, потом резко открыла их вновь. — Я не хочу это представлять, — запротестовала она. — Почему? — спокойно спросила Виктория. — Мне страшно. Я не готова с этим согласиться. — С чем именно? Не готовы согласиться, что вам может быть страшно? — Не готова согласиться с тем, что мы больше не вместе. — Прекрасно! — порадовалась ходу беседы Пятницкая. — Что ж тут прекрасного?! — возмутилась Анна. — Это же ужас! Мне от этих мыслей плохо, а вам вдруг хорошо. Пятницкая отметила себе, что нужно будет придумать, как заменить в этих случаях слова «прекрасно» или «хорошо», чтобы не было неверных толкований и подобное не шокировало собеседника, а потом продолжила: — Сколько вы не встречаетесь с Анатолием? — Почти полтора года. — И вы не готовы согласиться с тем, что вы больше не вместе? Верно? — Почему? — Вы только что мне сами это сказали. — Сказала, — вдруг согласилась Пономарёва с Пятницкой, резко загрустив. — Что самое страшное может случиться, если вы признаете тот факт, что расстались со своим мужчиной? — Я не знаю, — слишком быстро ответила Анна. — Ну и не знайте. Просто закройте глаза и пофантазируйте. Что произойдёт страшного, если вы признаете тот факт, что уже расстались с Анатолием? — Мне будет грустно и одиноко, — почти плача ответила Анна Пономарёва. — Насколько грустно и одиноко? — Очень. И очень больно. — А где эта боль? — Не поняла вас… — Где эта боль в вашем теле? Если пофантазировать и представить, что вы её можете визуализировать и осязать. Где она? В какой части тела? Как выглядит? Какой формы? Какого цвета? — В голове. Как колючий маленький чёрный ёжик. — Вы понимаете в какой части головы у вас этот ёжик? — Да. — В этой части головы вам больно, когда вас мучают мигрени? — Да. — Можно я заберу из вашей головы этого ёжика и помещу вместо него чистую энергию из бесконечного божественного источника безусловной любви? — Можно, — с готовностью сказала Анна, а из глаз её потекли слёзы. Наконец Виктория смогла опустить на Пономарёву энергию из источника и не почувствовала сопротивления. Маленький колючий чёрный ёжик растворился без следа. — Как вы? — спросила Пятницкая, завершив процесс исцеления. — Хорошо, — тихо произнесла Анна, утирая слёзы. — Мне давно не было так легко, — ошарашенно добавила она. И только Вика хотела сказать, что «это пройдёт», имея в виду дезориентированное состояние Пономарёвой, как осекла себя, осознав двоякость фразы. — Не торопитесь сейчас с желанием понять всё, что произошло. Это придёт само. Вы долго испытывали боль, поэтому ваше текущее состояние вам непривычно. «Долго? — сама себе удивилась Пятницкая. — Хотя полтора года или даже больше, пока они с Толей ссорились и расходились, — это долго». — Мне пора идти, — сказала Виктория. — Если что, вы знаете мой номер. Впрочем, кажется, в этот раз всё сложилось удачно. — И мне так кажется, — мягко согласилась Анна. — Вы идите, а я ещё посижу. Очень всё непривычно. — Конечно! Пятницкую тоже отпустило. Эта победа позволила ей перестать сокрушаться над поражением в рабочем вопросе, связанном с Михайловым. |