Книга Камеристка, страница 30 – Дина Зарубина

— Да, вашесиятельство, миледи Реней не придется стыдиться, — уверенно кивнула.

Да я тридцать керат отдала за одежду! Сердце кровью обливалось, но я не собиралась повторять ошибку, совершенную с патером Иеронимом. Приличная одежда — половина успеха.

— Сберегите ее! — Вдруг всхлипнула графиня. — Удержите от ошибок! Она так юна!

Я едва удержалась, чтоб не закатить глаза. Судьба видно, такая, работать овчаркой при юных нервных леди. Которые рады-радехоньки совершить все ошибки молодости, пробежаться по граблям и пасть в объятия коварного соблазнителя. Надеюсь, виконтесса не беременна?

— Сделаю все возможное, чтоб не уронить чести вашей семьи, — я быстро поманила служку. — Перо, бумагу и чернила!

Графиня царапала записку, сморкаясь, всхлипывая и часто зачеркивая слова. Да сколько можно возиться?! Времени нет на рыдания!

Через сто лет записка была нацарапана, облита слезами, запечатана родовым перстнем и вручена мне.

Я вихрем вылетела их храма и свистнула, подзывая пролетку.

[1] Газ — лёгкая, прозрачная ткань особого переплетения. Две нити основы переплетаются с одной нитью утка и не уплотняются при этом. За счёт пространства между нитями ткань получается полупрозрачной. Считается, что название произошло от города Газа, в котором ткань производилась. Этимологический словарь Фасмера возводит французское слово gaze к арабскому слову, обозначающему «шёлк-сырец».

— Дом госпожи Фабри на Набережной, ждешь, потом едем прямиком в замок!

Возница проникся моментом и нахлестывал лошадку.

На объяснения с хозяйкой ушла минута. Госпожа Фабри была очень понятливой женщиной. Когда я спустилась с саквояжем, она приготовила мне быстрый перекус и небольшую корзинку с провизией.

— Ах ты, батюшки, камеристкой к миледи Реней! — хозяйка всплеснула руками. — Честь какая!

— Что вы о ней знаете?

— Она только три месяца, как из пансиона. Граф Реней, три брата и две сестры умерли в моровое поветрие, а графиня просто расклеилась под ударами судьбы. Она женщина весьма мягкая, управлять графством ее не учили, все вопросы решал супруг, она лишь рожала детей, и сейчас в полной растерянности. Король назначил коронного управляющего, чтоб сберечь остатки состояния, потому что графиню обмануть может любой проходимец.

Да тут кто угодно расклеился бы и растерялся! Потерятьпятерых детей! Врагу не пожелаешь!

— О виконтессе известно мало. По слухам, красавица. Она была средней из трех сестер.

Только бы не дура! Если она будет вежливой, мы поладим.

— До Манкоя полтора месяца, обратно с принцессой, наверное, еще дольше выйдет, присоединится свита. Месяца четыре займет вояж.

— Я сохраню за вами комнату. Вы порядочная девушка, мы будем вас ждать.

— Расскажете про принцессу, как вернетесь! — изнывающая от любопытства кухарка высунулась из кухни.

— Если миледи Реней будет угодно меня принять на службу, — пожала плечами. Если нет, вернусь домой через пару часов.

Сопровождаемая пожеланиями удачи, я села в коляску.

Все, меня ждет королевский замок.

Как выяснилось, не очень-то и ждет, потому что на мосту меня остановили стражники. Стали понятны неуверенные взгляды извозчика. Наемные коляски к замку не пускали.

Пришлось трясти письмом и давить авторитетом графини Реней. Старший караула внимательно рассмотрел печать на письме и разрешил проехать к замку. Ну их, этих графьев, свяжись только, хлопот не оберешься.