Книга Четвертый рубеж, страница 114 – Максим Искатель

— Топливо у тебя где? — спросил Максим.

Николай повернул к нему голову, как на человека, который решил шутить в бою.

Максим не шутил. Он ловил реакцию.

— Смешно, — сказал Гриценко. — Тебе это знать ни к чему.

— Значит, боишься, что узнаю, — ответил Максим. — Значит, там тонко.

Мила подняла руку.

— Есть передача, — сказала она быстро. — Сильная, короткими пакетами. Источник где-то на северной крыше. Похоже, повторитель. Он их связывает.

Максим кивнул. Значит, план правильный.

— Гриценко, — сказал он в динамик, — ты пришёл сюда разговаривать или проверять?

— Я пришёл забрать своё, — ответил Гриценко. — И забрать вас, если поумнеете.

Максим отпустил кнопку.

— Он уверен, — сказал Николай.

— Он уверен, пока у него есть связь и наблюдение, — ответил Максим. — Семён, свет.

* * *

Прожектора вспыхнули снова, уже по двум сторонам. Свет ударил по технике в проезде, по снегу, по стенам гаражей. На секунду вся их колонна стала плоской, как на фото.

И тут же провал. Семён выключил линию так, что свет пропал резко, а не плавно. Глаза противника успели «схватить» белое и теперь работали в пустоте.

— Сейчас, — сказал Максим.

Подрыв былне громким как кино. Он пришёл снизу, коротким ударом, и снег на проезде взлетел плотной шапкой. Головная машина дёрнулась, остановилась, колёса провернули и зарылись.

Николай уже работал. Коротко, по месту. Борис тоже. Максим слышал ритм, как метроном. Две-три, пауза, две-три. Слова не нужны, они эту дисциплину выбивали из себя долго.

Ответный огонь ударил в фасад. Стекло на третьем этаже высыпалось внутрь. Где-то в подъезде посыпалась штукатурка.

Максим удерживал себя от желания «ответить сильнее». Это ловушка. Чем больше тратят патронов по бетону, тем быстрее останутся с пустыми магазинами.

— По фарам, — сказал он в рацию. — По стеклу, где сидит.

Борис щёлкнул один раз. В камере «девять» одна фара погасла. Техника стала слепее.

Гриценко снова заговорил, голос стал жёстче.

— Доиграешься, инженер. Я вас раздавлю. Я стену проломлю и зайду.

Максим нажал кнопку.

— Сначала дойди, — сказал он.

* * *

Дым пошёл быстро. Противник кинул его в проезд, закрывая себе обзор и пытаясь скрыть рывок. Дымные клубы плыли низко, снег под ними темнел.

— Камеры режет, — сказала Мила. — Вижу только край.

— Оставь край, — сказал Максим. — Остальное выключай.

На экране осталось две зоны, и этого стало достаточно. Важно не видеть всё, важно видеть главное.

Семён включал свет короткими сериями. Вспышка, темнота, вспышка. В моменты света Максим видел, как в дыму появляются силуэты, как они пытаются перебежать к забору, как один падает и остаётся лежать, как второй тянет его за ворот.

— Они цепляются за укрытие, — сказал Николай. — Сейчас полезут влево.

Максим посмотрел на карту. Лево это их приманка, слабина проволоки. Туда он и хотел.

— Пусть, — сказал он. — Только держите низ.

Где-то внутри дома раздался короткий звук, как будто упало ведро. Максим вздрогнул.

— Тыл, — сказал он в рацию.

Варя ответила сразу, без лишних слов.

— Всё под контролем. Анну держу. Люди на месте.

Максим выдохнул. Значит, ведро не из подвала. Значит, кто-то в коридоре задел что-то. Потом разберутся.

Возможность какая? Пока они заняты дымом и проездом, можно снять «глаза». Умение какое? Борис с оптикой. Логика какая? Без наблюдателя Гриценко начнёт играть в угадайку.