Онлайн книга «Игра»
|
Предсказуемо вспомнилась законченная ночью картина. Все из-за бессонницы. Кровь. Внутренности. Расплющенные кости… Перед тем как позвонил шеф, Бранд рассматривал у себя в ванной круги под глазами. Он понимал, что следы бессонной ночи скрыть не удастся. – Вы рисуете мертвых. Именно это полковник и произнес. Бранду нельзя было показать удивление. Соврать? Ни в коем случае нельзя было медлить с ответом, если он не хотел выдать себя. – Послушайте, Бранд. В вас я вижу молодого себя. Вы забываетесь искусством – я бегал марафоны. – Он показал на фотографию на стене. – Трижды попадал в топ-сто. Лондон, Берлин и десять лет спустя еще раз в Вене. Три фанатичных года забегов. А теперь угадайте-ка, скольких я уложил? Бранд продолжал смотреть на фотографию. Полковник с прической маллет, стройный, в беговом трико в окружении болельщиков, одетых по моде семидесятых-восьмидесятых. В других обстоятельствах смотрелось бы странно. Хинтерэггер закрыл досье. – Их было трое, Бранд. Трое. Не пятеро. Посмотрите на меня. Поверьте, самому с собой вам не договориться. Вы для этого слишком юны, у вас впереди слишком много лет жизни. На время разбирательства вашего последнего случая вы будете… – Что? – поспешно вставил Бранд, предчувствуя, что ничего хорошего его не ждет. – Не перебивайте. Не сейчас. Сегодня вы не заступаете на службу. Вы сейчас спуститесь и пойдете… Секунду. – Хинтерэггер открыл ящик стола и вытащил визитную карточку. – Вот. Мария Клингер. И пойдете к ней. Бранд взял карточку и прочел. Мария Клингер, психотерапевт, Оберлаа. – Вы шутите! – запротестовал он и собрался встать. – И не думал, Бранд. Сидите и слушайте меня. Я делаю большое одолжение. Я хорошо к вам отношусь! Никого другого, кто мог бы вам помочь в данной ситуации, я не знаю. Ни за какие коврижки.Бранда бросило в жар. Он неправильно думал о Хинтерэггере. Совершенно неправильно. «Ситуация». Это была не обычная разъяснительная беседа после операции с причинением ущерба лицу. Это была «ситуация». Он-то думал, что наилучшим способом выполнил задачу, но услышанное напоминало скорее экзекуцию. Хинтерэггер продолжал: – Поговорите с ней или с нашим инструктором. Но я вам гарантирую, что вам будет рекомендовано уйти из «Кобры». Бранд не станет делать ни того ни другого. Он сейчас покинет кабинет, возьмет свои вещи и будет делать свою работу. Ему нужен только один аргумент, которым он может остудить Хинтерэггера. Суметь бы только сосредоточиться… Эти проклятые картины. – Послушайте, Бранд. Я просмотрел ночью видео с вашей операции. Какие были. То, как подсказывает вам действовать ваш инстинкт, невероятно. Почти… сверхъестественно. Я не видел, чтобы кто-то действовал столь же быстро, точно и эффективно. И я совершенно не собираюсь оспаривать тот факт, что вы таким образом всегда спасаете жизни людей и что мы как команда бываем куда медленнее. Но одиночки опасны. Для себя самих и, что важнее, для коллег. – Я отстранен? – спросил Бранд, которому наскучило слушать эту болтовню. «Опасен». Полковник намекает, что он представляет опасность для коллег? – Вы меня не слушаете, Бранд. Я не хочу вас отстранять. Я хочу, чтобы вы пошли к Марии Клингер. Что вы там будете обсуждать, останется между вами. Обещаю. Как обещаю и то, что вы вылетите из спецов, если ослушаетесь. Ясно? |