Книга Тайна против всех, страница 36 – Татьяна Полякова, Анна М. Полякова

– Я и не собираюсь.

Мы болтали о разном, с присущей ему деликатностью Гэтсби больше не возвращался к вопросу о моих целях в селе. Он рассказал, как прошла последняя его вечеринка, которую я действительно пропустила из-за простуды, тут я не лукавила.

– Что планируете в следующий раз? – поинтересовалась я.

Он только лукаво улыбнулся и еле заметно помотал головой. Разумеется, это держалось в секрете ровно до тех пор, как гости получат свои приглашения.

Мы съехали с трассы на узкую асфальтовую дорогу, покрытую трещинами и прошлогодней грязью. С обеих сторон тянулись тусклые, выгоревшие поля без намека на жизнь.

Гэтсби время от времени поглядывал на навигатор, но я видела, что его больше занимало не направление, а выражение моего лица.

– Вы уверены, что нам туда? – спросил он, когда асфальт окончательно закончился.

– Да, – коротко ответила я. – Чуть дальше за оврагом.

Он пожал плечами и прибавил газ. Машину слегка тряхнуло, из-под колес брызнула глина. Наконец мы въехали в село. За окнами мелькали редкие дома, обнесенные покосившимися заборами, обвалившиеся крыши, на ладан дышащие сараи и странного вида пристройки. Я не сводила взгляд с улиц и чувствовала что-то странное: незнакомое до этого момента ощущение, будто прошлое идет навстречу.

– Тихо тут, – заметил он. – Ни людей, ни собак.

– Здесь всегда так было, – сказала я. – Даже когда мы жили в детдоме.

– Так вы хотите навестить родные пенаты? Давно не были?

– С выпуска.

Он хотел что-то сказать, но промолчал, а через пару минут мы выехали из села. Отсюда до старой помещичьей усадьбы было всего полтора километра. Вскоре разбитая дорога вывела нас к ее воротам.

Еще издалека я поняла, что здание пустует. Вагонка, которую во времена моего детства красили ежегодно, выглядела удручающе. Некогда ухоженный участок зарос борщевиком.

Мы остановились у ворот, и я вышла из машины. Под ногами хрустнула ветка, ветер донес запах сырости и старого дерева.

– Вот она, – сказала я тихо. – Ну, привет!

Гэтсби заглушил двигатель и вышел следом.

– Впечатляет, – пробормотал он. – Если бы не ваш тон, я бы подумал, что вы пригласили меня на экскурсию.

Я улыбнулась краем губ.

– В каком-то смысле да. Только не предполагала, что мы попадем во внеурочное время.

Все вокруг было знакомым и чужим одновременно, как сон, который ты сто раз видел, но никогда не можешь вспомнить до конца.

Обнаружить детский дом заброшенным я не ожидала и в то же время словно и не испытывала удивления от представшей картины. Может, где-то в глубине души я этого боялась или даже догадывалась. Именно поэтому ни разу не приезжала сюда. Не потому, что хотела оставить прошлое в прошлом, просто стоит сделать шаг, и все, что хранится в памяти ярким и живым, превращается в тлен. Воспоминания кажутся прочными, пока не посмотришь им в лицо.

Одно дело – помнить запахи, голоса, треск половиц, другое – увидеть это воочию, причем неважно, в каком состоянии: опустевшей усадьбы, как сейчас, или детского учреждения, в котором продолжает кипеть жизнь. Другая жизнь.

Мне казалось, я справлюсь, но волнение охватывало меня с каждым шагом. Вероятно, почувствовав это, Гэтсби аккуратно положил свою руку мне на поясницу.

Мы прошли к калитке. Петля поддалась легко, будто кто-то открывал ее недавно. Прошлогодняя трава под ногами была влажная, от земли тянуло прелыми листьями.