Книга Тайна против всех, страница 38 – Татьяна Полякова, Анна М. Полякова

– Здравствуйте, я училась здесь, – начала я. – Решила заглянуть в альма-матер.

– Куды? – сдвинула незнакомка брови у переносицы.

– В школу, – пояснила я.

– Так нет ее, школы-то! Тут теперича клуб и сельсовет, но работает по понедельникам и средам. Правда, Марья, что у нас тут за главную, захворала, не знаю, откроет ли вам в понедельник. Да и не осталось там ничего от школы-то, может, какие парты да лавки.

– Давно ее закрыли?

– Да как детдом, так и школу. Кроме сирот, в селе детей-то всего ничего, невыгодно государству стало, вот и перекинули местных ребятишек за две версты отсюда учиться. Хорошо хоть автобус выделили, присылают за ними, а то уж шибко далеко пешком-то…

– Вы говорите, детский дом закрыли?

– А кто его знает, то ли закрыли, то ли уехали куда. Мы и не заметили, как это случилось. Помню, весной Галька ко мне за сметаной зашла – у меня корова уж больно жирные сливочки дает, – да и рассказала, что ходила по грибы, вышла из леса у детдома, а ворота в усадьбе закрыты, и ни души. С тех пор там так никто и не появился, будто сгинули.

– Когда это было, можете вспомнить?

– Ох, – покачала головой женщина. – Как бы знать, лет десять назад, может, меньше, а может, и больше. Давно, в общем.

Она внимательно вгляделась в мое лицо:

– А ты чьих будешь? Детдомовская, что ли? Не припомню тебя среди иванчиковских.

Я кивнула.

– Ну, счастья тебе, деточка, – улыбнулась женщина. – Мужа хорошего тебе б пожелала, да смотрю, ты уже нашла.

Мы с Гэтсби переглянулись, и каждый, вероятно, подумал о своем. Простившись с местной жительницей, мы вернулись к машине.

– Может быть, хотите поговорить с Марьей, той, что болеет? Или еще с кем-то? Магазин тут имеется? Продавцы обычно неплохо осведомлены обо всем на свете.

– Не думаю, что это принесет результат, но попробовать стоит, – согласилась я. – Тем более я немного проголодалась.

Вскоре мы входили в сельский магазин. Я огляделась: во времена моего детства он отличался куда большим ассортиментом, только позволить себе мы почти ничего не могли. Теперь все было с точностью наоборот: в финансах недостатка не было, а вот полупустые полки выглядели удручающе.

– Проголодались мы, – поприветствовав дородную женщину за прилавком, сообщил Гэтсби. – Перекусить бы что-нибудь.

Не переставая жевать жвачку, дама оглядела нас с головы до ног, прежде чем ответила:

– Колбаса сырокопченая есть, вчера завезли. Хлеб разобрали, правда, – суббота, – пояснила она. – Сырки творожные возьмите. А к колбасе могу сушек вам взвесить.

– Отлично, – без раздумий согласился Гераскин. – И две бутылки лимонада, пожалуйста.

Она принялась складывать на прилавок продукты и вдруг сказала:

– У нас тут в пятнадцати километрах деревня есть, Дружная называется.

Я смутно припоминала название.

– Так себе там жители, конечно, не особо и дружные, но несколько лет назад там мужик один построил эту, как ее, не помню! – махнула продавщица рукой. – То ли ферму, то ли зоопарк для детей. Там и ресторан при ней открыли. Ежели средства есть, можете там отобедать, но учтите: цены там городские.

Гэтсби расплатился, поблагодарил продавщицу за совет и наконец спросил:

– Говорят, у вас тут детский дом был.

– Был, да сплыл, – ухмыльнулась женщина.

– Это как?

– Словно сквозь землю провалился. То есть здание-то пока осталось, да и то скоро крыша обвалится, супружник мой так говорит, а он в этом деле сечет. Ну вот, а все, кто там жил и работал, в одно лето исчезли.