Книга Тайна против всех, страница 41 – Татьяна Полякова, Анна М. Полякова

Я его уже не слушала, дежурно соглашалась и поспешила проститься при первой же подвернувшейся возможности. Затем открыла сообщения и написала Субботкину без лишних реверансов:

«Проверь Ольгу Петрову».

Я долго смотрела на текст послания, пока не начала смеяться в голос. Сколько могло быть студенток с этим именем в университете, даже если сузить круг поиска лет до пяти? Десятки?

«Татьяна, спасу от тебя нет», – вскоре прочитала я ответ товарища.

«Обещаю отблагодарить, не только конфетами с марципаном».

Выпив кофе и сверившись с часами, я решила нарушить семейную идиллию не только Виктора, но и Антона.

– Здравствуй, мой боевой друг, – поприветствовала его я.

– Давай угадаю, зачем беспокоишь меня в последний выходной?

– Валяй, – не стала я возражать.

– Хочешь узнать, что нового есть в деле Кудрявцевой.

– За дедукцию ты, в отличие от подтягиваний, получаешь пять!

– Чего она тебе покоя не дает? Свела девчонка счеты с жизнью, вот и все.

Интуиция подсказывала мне, что он что-то утаивает.

– И все же, как я понимаю, есть какие-то новости?

– Да пустяки. Проверили навигатор в ее телефоне, нашли там координаты.

– Той самой березы? – догадалась я.

– Угу, девчонка целенаправленно шла туда.

– Кто-то ей их сообщил…

– Не фантазируй, – хмыкнул Антон. – Наташа сама же подготовила все необходимое заранее, сохранила точку на карте, чтобы вернуться и осуществить задуманное. Это, между прочим, объясняет, как она смогла прикрепить веревку к ветке: девчонка позаботилась об этом загодя.

– Со стремянкой в лес пришла?

– Да ну тебя, нашла на месте что-то подходящее, вот и все. Только было это сделано накануне или еще раньше, потому ничего похожего вы рядом и не обнаружили.

– Удобно, – хмыкнула я.

– Если хочешь, можешь вести собственное расследование, тебе для этого специальное приглашение не нужно.

– Мечтаю, – буркнула я в трубку. – Хороших выходных, привет жене! Не забудь за прокат спортивного костюма поблагодарить.

Взяв книгу, я устроилась в любимом кресле, но уже на второй странице поняла, что дело это зряшное: буквы предательски расплывались в серый ковер, сосредоточиться на сюжете решительно не удавалось.

Думала я вовсе не о Наташе Кудрявцевой. Вероятно, Антон и Геннадий Михайлович правы – это обыкновенный суицид, а я пытаюсь из упрямства до конца отрицать эту версию.

Я то и дело возвращалась мыслями к вчерашней поездке, а точнее, к своим ощущениям. Сейчас я вдруг осознала, что выбрать в спутники Гэтсби было идеальным, пусть и спонтанным решением. Пожалуй, это единственный человек в моей жизни на сегодняшний момент, который никак не связан с прошлым.

Не знаю, насколько намеренно отказался от визита в детский дом Константин, а вот с Лазарем я, пожалуй, и сама не поехала бы. По крайней мере уж точно поостереглась бы делиться своими размышлениями. В конце концов, я до сих пор не знаю, как и зачем появился на стене в его спальне знакомый мне код. Что, если версия со спутанным сном – всего лишь выдумка, а сама надпись – провокация в мою сторону?

Так или иначе, он был как-то связан с моим отцом или людьми, которые были близки папе, если только тот самый код из цифр и моего имени не был лишь нашим личным, а был известен еще некому кругу лиц. И не важно, помнил он это, но предпочитал скрывать, или действительно увидел этот фрагмент во сне как обрывок забытой жизни.