Книга Тайна против всех, страница 73 – Татьяна Полякова, Анна М. Полякова

– Разница в том, что я свое давно разбудил и научился держать на цепи. Пока.

Я не смогла вдохнуть. Его слова будто прошли сквозь кожу, задели что-то слишком живое, слишком уязвимое. И вдруг я поняла: Ланс говорит правду. Он действительно держит зло под контролем, но, если цепь оборвется, не я ли первая попаду под руку?

Несмотря на это, мне не хотелось отступать. В старом друге было то, что пугает и притягивает одновременно, как бездна, в которую невозможно не заглянуть, даже если знаешь, что обратно не выбраться.

Сделав над собой усилие, чтобы руки предательски не задрожали, я хлебнула из чашки, стоящей передо мной. Чай слегка обжег горло, заставляя прийти в себя.

– И все же, – снова решилась я. – Чем тебя заинтересовал листок бумаги, оставленный на столе?

– Любопытно, кто отправляет тебе послания.

– Прошлое, – ответила я и неожиданно для самой себя расхохоталась.

– Тайна, – произнес он низким, почти дрожащим голосом. – Я так давно не видел, как ты смеешься.

Ланс поднялся со стула, одним шагом сократил расстояние, и, прежде чем он успел наклониться к моим губам, я успела увильнуть, вскочив с места.

– Прекрати, – попросила я.

Хотелось сказать «Уходи», но мне вдруг стало очевидно, что это пойдет ему на руку: не придется отвечать на неудобные вопросы. Впрочем, Ланс был мастером уворачиваться и уходить от ответов.

– Это письмо моего отца, – я положила ладонь на листок. – Своей преподавательнице Глафире Дмитриевне, которая жила в этой квартире.

Ни один мускул на его лице не дрогнул.

– И что он ей хотел сказать?

– Понятия не имею.

– Но надеешься выяснить, да, Тайна?

Ему не требовалось ответа, он слишком хорошо меня знал.

– Можно обратиться к тебе по имени-отчеству?

– Неожиданно, – усмехнулся он. – Наши отношения выходят на новый уровень?

– Вот и проверим. Итак, Ланселот…?

– Робертович, – легко ответил он, чем подтвердил мои догадки о родстве с аспирантом Трегубовым.

– Ланселот Робертович, что вам известно о вашем отце?

– Неужели тебе не хватило моих рассказов в детстве? Сама вот только пару минут назад жаловалась, что я повторяюсь.

– Россказней, – поправила я. – Не рассказов. Ими я сыта сполна. Хочу знать твою настоящую историю.

– Мою ты знаешь.

– Хорошо, историю твоего отца, если тебе так угодно. Тебе ведь известно, что он окончил университет в этом городе?

– Допустим.

– Как и мой отец, а также родители Лавы и Дуни. – Меня было не остановить.

– И других наших товарищей по несчастью.

Ланс говорил со спокойной уверенностью, которая и так была свойственна его манере, но сейчас особенно поражала.

– Давно тебе это известно?

– Не помню, – пожал он плечами так, словно я спросила, где он оставил свои носки.

Я вскочила, не в силах больше терпеть. Боль, ярость, отчаяние поднимались внутри меня огромной всепоглощающей волной.

– Говори! – потребовала я.

– Уверяю тебя, в детском доме я об этом даже не догадывался.

– Не было никакого детского дома, не существовало! В архивах он вообще не фигурирует, а усадьба стоит заброшенной.

– Успокойся, Тайна, что в этом такого?

– Что такого? – не унималась я. – Чем занимались наши родители и почему мы оказались в Иванчиково все вместе?

– Институтские друзья решили подстраховаться и обеспечить своим детям вполне годное существование, на случай если их вдруг не станет.