Книга Тайна против всех, страница 75 – Татьяна Полякова, Анна М. Полякова

– Если повезет, сможем взять его прямо на месте очередного преступления, – заявила я.

– Как?

– Обнаружить маньяка среди тысяч пользователей будет сложно, но мы можем найти следующую жертву.

– Конечно, – оживилась Настя. – Она должна жить к югу от места обнаружения Евы, теперь мы точно знаем, что стрелы – это подсказки, так же быть одиннадцатиклассницей, и фамилия ее будет начинаться на «К». Это значительно сузит область поиска!

Услышав это, я снова вспомнила письмо отца на кухонном столе и тонкую карандашную линию, оставленную Лансом. Что он хотел этим сказать? Дать подсказку, запутать или просто начертил полосу от скуки, ожидая моего появления в квартире? Я хотела было показать знак со стрелами в новом виде, но все-таки не стала этого делать. Совпадений и так слишком много, да и о букве «К» мы знали и без него.

– Думаю, нам следует сосредоточиться не только на поиске потенциальной жертвы, но и изучить темы, которые обсуждались в сообществах. Там может быть что-то о суициде или смерти. Вероятно, наш маньяк все-таки доводил их до самоубийства, ведь все три преступления похожи на добровольный уход из жизни, – предложила Настя.

– Осталось определить соотношение доброй и недоброй воли в их действиях.

– Ага, доброй и злой, – радостно подхватил Субботкин.

При упоминании зла я тут же вспомнила Ланса и его спокойный голос, тон человека, который точно знает, что он хочет и как это получить.

Так как сообщества были закрытыми, мы не могли работать с разных устройств, только с планшета Котовой, которая в них состояла. Настя уселась за компьютер, чтобы распечатать все дискуссии, которые могли бы нас заинтересовать, дабы потом спокойно изучать профили участников в поисках подходящей кандидатуры.

Субботкин хозяйничал возле кофемашины, а я заняла Настино место у окна. Ничего интересного на улице не происходило, зато в моей голове было много занятных мыслей. Преимущественно все они возвращались ко вчерашней встрече с Лансом. Определенно он что-то знал о наших родителях и их коалиции, вопрос лишь в том, насколько подробно и как давно. Разговорить его у меня вряд ли получится, даже если наша встреча в скором времени повторится.

А что, если все-таки больше, чем хочет показать, знает Лазарь? Как-то он вспомнил и наш с отцом секретный код, и имя моего родителя. Не исключено, что память восстановила и другие подробности, которыми он попросту не захотел делиться.

Какие на такую секретность могли быть причины? Спасал ли он таким образом себя или оберегал меня от чего-то?

– Ваш кофе, мадам, – поставил передо мной кружку Виктор.

Я посмотрела на напиток, от которого шел белый пар и густой аромат.

– Пойду руки помою, – сообщила я и покинула кабинет.

Оказавшись в коридоре, я сделала глубокий вдох, собираясь с силами, и набрала номер Гэтсби.

Пришла пора попросить у него контакты Лавы. Возможно, компьютерный гений окажется более разговорчивым.

– Тайна, – обрадовался Гераскин. – Рад вас слышать! Признаться, сам собирался вам звонить сегодня. Появилась кое-какая информация о вашем детском доме. Может быть, составите мне компанию за обедом или ужином?

– С превеликим удовольствием приняла бы ваше приглашение, но я в другом городе.

– Это не проблема. Дайте адрес, и я пришлю машину.

Я хотела было отказаться и попросить изложить мне все в телефонном разговоре, но, немного поразмыслив, поняла: Настя будет занята поисками потенциальной жертвы, используя аккаунт погибшей Котовой, Субботкину можно поручить чтение распечаток из сообщества, сама я могу заняться тем же в машине по пути к Гэтсби.