Онлайн книга «Искатель, 2006 № 10»
|
— Это наши семейные дела! — повторил он с нажимом. И не лезь, мол, в них, если не хочешь нарваться на грубость. — Я бы во все это не вмешивался, — сказал Хамза. — Если бы до меня не дошли кое-какие слухи… Касательно вас… А мы пустяками не занимаемся, вы в курсе, я надеюсь, — нагнетал страсти Хамза, чтобы деморализовать собеседника. Лисицын был заинтриговани уже оставил свой коньяк. — На вас готовят покушение, — сообщил Хамза. Лисицын на глазах трезвел. Хамза ничего больше не добавил. Он запустил пробный шар и теперь ждал, чем партнер ответит. — Ты шутишь? — спросил Лисицын, не поверив до конца в услышанное. — У вас разве нет врагов? — Что за чушь! — пробормотал Лисицын. Китайгородцев видел, как Стас Георгиевич лихорадочно пытается сообразить, что все это может означать. — Это никак не может быть связано с вашими родственниками? — пытался добиться искренности Хамза. — С этим третьим, например, который здесь жил. — Полная чушь! — уже уверенно ответил Лисицын. — То есть вы не ждете неприятностей? — не поверил Хамза. — Нет! — И даже предчувствий никаких недобрых? — Нет! — А если, предположим, шестнадцатое ноября, — вроде бы задумчиво произнес Хамза, но смотрел он цепко. — Что за день такой в вашей жизни? Чем примечателен? — Шестнадцатое, — пробормотал Лисицын, роясь в памяти. — Шестнадцатое ноября… Пятнадцатое… Пятнадцатое? — как будто ему что-то вспомнилось. — Шестнадцатое! — твердо повторил Хамза. — Что за черт! — хмурился Лисицын. — И что — шестнадцатого меня будут убивать? Хамза ничего не ответил, но его взгляд был красноречивее всяких слов. — Шестнадцатое! — прозрел наконец Лисицын. Он замер, потрясенный сделанным открытием. И Китайгородцев тоже обмер. Потому что, если до сих пор в нем еще теплилась надежда на то, что произошла какая-то ошибка и про шестнадцатое — это несерьезно, блеф, и ничего такого шестнадцатого ждать не надо, то сейчас, именно в эту минуту, он понял, глядя на Лисицына, — не блеф. Шестнадцатое — не пустой звук для Лисицына. Особенный какой-то день. И когда наступит шестнадцатое ноября, Китайгородцев пойдет несчастного этого Лисицына убивать. Кажется, Лисицын сломался после этого. Он все еще смотрелся хозяином, но когда удавалось заглянуть ему в глаза, там можно было увидеть растерянность и страх. — Но это точно — про шестнадцатое? — добивался он ответа от Хамзы. Хамза выразительно кивал, но до объяснений так и не снизошел. Он сразу перевел разговор в практическую плоскость, дожимая деморализованного собеседника. — Мы можем взять вас под охрану, — сказал Хамза. — У нас пять дней… Четыре дня фактически, —поправил самого себя, взглянув на часы. — Не так уж много времени, но чэ-то можно придумать, разработать комплекс мер. Вывезем вас в безопасное место, людей надежных к вам приставим… Когда он сказал про надежных людей, Лисицын посмотрел на Китайгородцева. Наверное, рассчитывал, что того ему дадут в телбхранители. Китайгородцев не выдержал и опустил глаза. — Возможно, надо будет в милицию обратиться, — сказал Хамза. Китайгородцев настороженно поднял глаза на шефа. — Не надо никакой милиции! — нервно отмахнулся Стас Георгиевич. — А почему? — будто бы удивился Хамза. Лисицын занервничал сильнее. Если бы он повторил свою недавно озвученную мысль о том, что дело семейное и не надо сюда посторонних впутывать, это могло бы сойти за причину. Но он дрогнул, и дело, следовательно, было совсем не в том. |