Книга И всюду кровь, страница 81 – Эллиот Харпер

Быстрый, удивленный взгляд на Билли: оказывается, под лохматым бомбером прятались черный топ и верхняя часть комбинезона на тонких лямках.

«А, ей просто стало жарко. Могла и окно открыть в таком случае».

– Так гораздо лучше, – кивнула Билли и откинулась на сиденье, не заметив произведенного эффекта.

«Определенно», – едва не добавил Миддлтон, но вместо этого лишь беззвучно выдохнул и перевел взгляд на ветровое стекло. Эта девушка точно сведет его с ума.

Когда они остановились рядом с подъездом, Адам хмуро покосился на машину наблюдения, в которой двое молодых полицейских увлеченно зависали в своих телефонах. Молодцы парни – так активно следили за свидетелем, что она сбежала у них из-под носа и чуть не снесла до фундамента самый опасный клуб города.

– Еще раз спасибо за помощь, – Негромко сказала Билли, которой в тот момент не хватало разве что нимба над головой. – Больше никаких прыжков в пекло. С меня хватило веселья этой ночью. – Немного помолчав, она приложила руку к груди, будто собиралась зачитать присягу во время инаугурации: – Торжественно обещаю не ввязываться в неприятности, хотя мы оба понимаем, что все будет иначе.

– Я в этом даже не сомневаюсь, – отозвался Адам, заглушая двигатель.

Билли невозмутимо пожала плечами. Как там говорят? Предупрежден, значит, вооружен. Только никто не гарантирует, что в следующий раз Миддлтон окажется таким же снисходительным к ее поступкам. Но и она честно не планировала больше врываться на бал сатаны с фейерверками.

Адам твердо решил проводить Билли до самой квартиры, а заодно убедиться, что она окажется там в целости и сохранности и не побежит на поиски приключений или Роберта Андерсона.

– Учти, если проводишь меня сейчас, то придется делать это каждый вечер, – усмехнулась она по дороге к подъезду, – а это будет немного проблематично.

«Еще бы, – помрачнел Адам. – Там же наверняка заседает Дэн-мать-его-Розенберг. Хотя ему вроде как наплевать на отсутствие невесты среди ночи. Либо его сон настолько крепок и свят, что его нельзя тревожить до самого утра».

Когда они вышли из лифта и остановились рядом с нужной квартирой, Билли внезапно коснулась плеча Адама, и он в очередной раз замер, притормаживая защитные рефлексы и прицениваясь к ответным ощущениям и приятному теплу.

– Правда, спасибо тебе, что… вытащил меня оттуда, – сказала Билли, уже не так легко подбирая нужные слова, и опустила руку. Оказывается, говорить искренне бывает непросто даже самым прямолинейным людям. – И… спасибо, что вообще приехал. Я честно постараюсь вести себя аккуратнее.

– Главное, чтобы ты вспомнила об этом обещании завтра утром, – не сдавался Миддлтон. – Будь осторожна и звони, если понадобится помощь.

– Именно так и поступлю. К тому же мы теперь знаем, что это работает. – Еще раз окинув его любопытным взглядом, она улыбнулась: – Это и правда отличная толстовка. Спокойной ночи, агент Миддлтон.

– Спокойно ночи, Билли. – Адам проследил взглядом, как она изящно проскользнула в приоткрытую дверью и закрыла ее изнутри на несколько оборотов.

Вот и… все. Вздохнув, он начал спускаться по лестнице, прокручивая в памяти последние минуты их общения и, к своему неудовольствию, пришел к одной неутешительной мысли: «Розенбергу чертовски повезло. Чтоб его».

В машине Миддлтон задумчиво посмотрел на пустующее соседнее сиденье, коснулся нити с бусинами на зеркале заднего вида и завел двигатель.