Книга Дожить до весны, страница 125 – Влада Ольховская

Матвей проявил некое подобие сострадания. Не особо убедительно проявил, но для Матвея и это много. Когда речь заходит о сближении с кем-то, срабатывают его собственные предохранители, так что даже этот гениальный психолог становится по большей части бесполезен. Однако он пытался, и он не вызверился, Гарик признавал, что это стоит ценить.

Таиса извелась, но этого и следовало ожидать. Она, в отличие от Матвея, быстро открывалась людям, которые ей нравятся, прикипала к ним и всерьез беспокоилась. Ей искренне хотелось решить их проблемы, но в случае Гарика проблему решить было нельзя. Не извне так точно. Он осознавал, что это больно ударило по Таисе, и все равно ничего изменить не мог.

Однако именно она додумалась позвать к нему Майю… И это было важно.

Майя вдохновляла его сама по себе. Даже если бы она не общалась с ним, одно лишь напоминание о том, что она есть в этом мире, дорогого стоило. А она еще и пришла… Таиса сразу рассказала ей правду, не стала прикрываться никакими загадочными болезнями и психологическими травмами. Гарик понимал, что она поступила правильно, такое скрывать нельзя, особенно когда просишь о помощи, и все равно злился на нее за это. Ему не хотелось, чтобы Майя знала его таким… Не хотелось!Это почти то же самое, что хотеть чего-то. Иногда сильное противодействие желанию значит не меньше, чем само желание, а желания не выживают в пустоте.

Ну и конечно, была сама Майя. Такая, как есть. Не испугавшаяся его даже после того, как узнала правду, хотя все ведь боятся наркоманов. Между прочим, не зря, и ей не следовало бы оставаться с ним наедине, тем более ночью. Но она смотрела ему в глаза, улыбалась и ничего не боялась. Меньшее, что мог сделать для нее Гарик, – это изобразить человека, которого она в нем видела.

Она не подозревала, что ее одной достаточно. Майя была убеждена, что ей обязательно нужно что-то делать, чтобы оправдать свое присутствие. Гарик позволил ей суетиться, это было даже забавно.

– Тебе не больно? – с тревогой уточняла она. – Может, лекарство какое принести? У тебя нет симптомов… этого самого…

– Когда ты говоришь «этого самого», придумываются варианты поинтересней, чем ломка, которую ты имеешь в виду, – хмыкнул Гарик. – У меня нет ломки. И не было.

– Как это не было? Таиса сказала, тебя насильно накачали наркотиками…

Интересно, Таиса своим длиннющим языком может себе спину почесать или у него одна функция – выдавать чужие секреты?

– Накачали, – неохотно признал Гарик. – Но я этой дрянью благополучно траванулся. Так что симптомы отравления у меня совпали с первоначальной ломкой, а лечение от всего одно. Долгосрочной ломки не было вообще – я не подсел.

– Но это все на уровне тела, на уровне души ведь сложнее…

– Моя душа надежно защищена, она в игле, игла в яйце, яйцо в утке, а утка – знаешь, где?

– Вызывает у зайца много вопросов, – кивнула Майя. – А ты отшучиваешься вместо того, чтобы принять реальность.

Она будто забыла, что он сам психолог, что его наставник и вовсе мастер международного уровня. Майя начиталась простых истин в интернете и теперь готова была смешать из них панацею. Гарик не перебивал просто потому, что ему сейчас говорить не хотелось.

– Ты не замечаешь ту токсичную среду, в которой существуешь, потому что притерпелся к ней, – продолжила Майя. – Ну это, знаешь, как с лягушкой, которая варится заживо, без сопротивления, потому что вода нагревается постепенно.