Книга Осеннее равноденствие, страница 148 – Влада Ольховская

Самым важным показателем для Таисы стало то, что ей действительно не страшно было оставаться наедине с Матвеем в его доме. Она не испытывала перед ним даже интуитивного страха, мысль о том, что он способен ее убить или изнасиловать, казалась нелепой. Здесь Таисе было куда спокойней, чем в собственной квартире.

Сразу после их небольшого собрания Гарик куда-то удрал – похоже, появился новый след в деле Анфисы. Таиса собиралась отправиться домой за вещами, когда заметила, что Матвей тоже вышел в прихожую.

– А ты куда? – удивилась Таиса.

– Я говорил.

– К бывшей жене Игореши? Ты уже знаешь, где она?

– Узнать оказалось несложно, Елена помогла. Твое присутствие не требуется.

– А я все равно с тобой! – объявила Таиса. – Вдруг меня тут изнасилуют и убьют, пока ты в отъезде?

Задумывалось это как шутка, причем очевидная. Но от Таисы не укрылось, как заметно напрягся Матвей, и не смешно уже было никому. Тем не менее, когда она первой забралась в его машину, он не сказал ни слова.

Очень скоро Таиса поняла, почему он не стал медлить с визитом: бывшая жена Игоря Осинина собиралась в отпуск, еще немного, и поговорить с ней нормально не получилось бы две недели. Поэтому Матвей решил ловить момент, он сразу направился к магазину, в котором Мария Осинина работала директором.

Магазин был не из тех бутиков, куда заходят как в музей – и где продажа одной тряпочки обеспечивает месячную прибыль. Там, где руководила Осинина, клиенты как раз были, они с детским восторгом радовались возможности купить три вещи по цене двух, поэтому в зале змеилась очередь, звенели десятки голосов, кто-то то и дело грозился написать жалобу и требовал позвать директора. Таиса опасалась, что из-за этого встречи придется ждать дольше, чем планировалось, но нет. Их тут сочли представителями полиции и задерживать на пороге не стали.

Мария Осинина оказалась высокой и худощавой женщиной. Возраст действовал на нее так, как на иных воздействует пустыня: иссушил, бросил на лицо паутину глубоких морщин, присыпал волосы сединой. Директор следила за собой, однако не могла скрыть, что ей на такое едва хватало времени: макияж был нанесен кое-как, стрелки на глазах вообще будто достались ей из двух разных готовых наборов, помада частично стерлась, покрыв губы странными пятнами. Из-за этого становилось не совсем понятно, пользовалась Осинина косметикой или просто с большим энтузиазмом ела вишню.

Гостей она приняла с раздражением, однако связано оно было не с тем, что ее потревожила полиция, а с тем, что отвлекли от работы. Таисе хватило быстрого взгляда на кабинет, чтобы понять: Осинина не изображает начальницу, она из тех, кто действительно соответствует своей должности, со всеми ее преимуществами и недостатками.

Присесть она гостям не предлагала, знала, что они и так займут старые деревянные стулья. Сама же она устало опустилась за стол, и Таиса успела заметить, что ноги у нее стерты в кровь туфлями на шпильке. Не жалеет себя, экономя на обуви, и много бегает по магазину, чтобы лично все контролировать. Еще пара штрихов к портрету.

– Мне снова достается за фамилию? – усмехнулась она. – Вы ведь в курсе, что мы с ним давно развелись?

– Мы осведомлены, – подтвердил Матвей. – И это было не слишком давно.

– Достаточно, чтобы я считала эту главу своей жизни закрытой. Послушайте, у меня не так много времени, вы ведь сами видели – сезон распродаж! В чем его обвиняют?