Книга Осеннее равноденствие, страница 200 – Влада Ольховская

– Врач разрешил мне вернуться уже давно, но я должен был сначала убедиться, что с угрозой покончено.

– Именно этого ты и добился, – кивнула Вера.

– Да… Да, пусть будет так. Завтра мы с тобой улетаем. Пора посмотреть, что там натворили эти дети без присмотра!

* * *

Какой долгий получился день… Один день – как целая жизнь до него! Пролетел кометой и остался в памяти навсегда, а за ним огненным хвостом тянутся эмоции, которые он принес. Такие яркие, такие противоречивые.

Было страшно, весь этот день страшно, однако даже страх получился разным. От панического ужаса проиграть, оказаться разоблаченной, до того туго переплетенного с азартом испуга, который в детстве приходил на самых высоких аттракционах. Пожалуй, нельзя не бояться, когда ты добровольно разбиваешь свою жизнь на осколки, а потом пытаешься склеить из них что-то новое.

Было больно. Все равно больно, несмотря ни на что… Они ведь любили друг друга. По крайней мере, одна из них любила: ту особую связь, которую дает только кровь, нельзя просто отменить. И даже если тебе кажется, что ты готов ко всему, эта связь забирает важную часть тебя навсегда, когда ты вытягиваешь ее из себя.

Но было и радостно… Сердце переполняла совершенно новая эйфория, которую принесло простое осознание: все получилось. Долгие годы страдания, месяцы планирования, риск, сомнения – все окупилось с лихвой. Раньше она даже не думала, что месть – это действительно такое чудо. Душу как будто очищают от скверны, и она снова сияет, совсем как раньше, когда все мечты казались выполнимыми.

И вот эти страх, боль, восторг, удовольствие, горе, триумф переплетались в ней и оборачивались крыльями за ее спиной. Эти крылья готовы нести ее в будущее, которое просто обязано быть радостней, чем ее прежняя жизнь.

Об этом размышляла Яна Савахина, защелкивая чемодан. До вылета оставалось достаточно времени, все шло по плану. Телефон был отключен – потом можно сказать, что разрядился. Даже если голову ее матери уже нашли, вряд ли кто-то сразу бросится звонить дочери, подождут до утра. А даже если нет, нарвутся на отключенный телефон, ее не успеют перехватить. В идеале же страшные новости должны настигнуть ее уже в Турции. Она, конечно, изобразит шок, пообещает прилететь как можно скорее, ну а дальше отправится на свой рейс в Грецию. Чтобы больше не возвращаться, никогда…

Крики матери до сих пор звучали в памяти. Сейчас от них мурашки шли по коже, и чувство вины все же пробивалось через все преграды. Как же иначе? Нельзя отменить любовь ребенка к матери, эту проклятую цепь, на которой Яна просидела всю жизнь. Но ничего, время все расставит на свои места, соотнесет крики матери с тем, что она натворила, и воспоминания из чудовищных станут сладостными.

Сейчас нужно не тонуть в памяти и желаниях, а действовать. Да, план вышел на финальную черту, так ведь ничего еще не закончилось! Пока она в России – она не в безопасности, нужно действовать как было задумано.

Завершая последние приготовления, Яна еще раз прокручивала в памяти весь план, чтобы убедиться: ничего не сорвалось, ничего не нужно исправлять. Когда она только затеялась с этим, ей казалось, что у нее не получится, слишком уж это сложно, а она одна, она уязвима… Но потом она стала добиваться одной победы за другой и почувствовала: месть из ускользающей мечты превратилась в достижимую цель. Даже когда становилось совсем тяжело, Яна напоминала себе: ее мать – ублюдочный монстр, который должен быть уничтожен, и справлялась со всеми испытаниями.