Книга Цветы пустыни, страница 187 – Влада Ольховская

Все шло замечательно, Сергей все-таки покончил с собой, до Алекса никто не мог добраться… Ну а потом в игру вмешались какие-то непонятные люди. Незнакомец успокаивал его, говорил, что волноваться не нужно, он со всем разберется. Однако вскоре и он, и его помощница просто исчезли из интернета, и Алекс понял, что дело плохо.

С того момента он и готовился к переговорам. Он прекрасно знал, что среди тех, кто хочет его поймать, полным-полно карьеристов. Их на самом деле не волнуют все эти детишки из третьего мира, которых помогал обижать злой дядя Оверрайд. Им нужны задержания крупных шишек, повышения, пресс-конференции с десятками направленных на них камер. Ради этого они заткнут рты коллегам, которые будут ныть о том, что он заслуживает наказания.

Так что Алекс готов был договориться – и договорился. Нет, пока что его не выпустили, их хакеры пытались вскрыть его аккаунты, чтобы добыть данные без любых сделок. Но судя по тому, что официальных обвинений ему не предъявляли, дела у этих умельцев шли не очень. Алекс знал, что так будет: иногда защиту просто невозможно сломать, как бы хорош ты ни был.

Решения он дожидался не в камере, а в небольшом домике, снятом для него в Подмосковье. Его держали под наблюдением, но охрана оставалась снаружи и не мозолила ему глаза. Сбегать Алекс все равно не планировал, свои возможности он оценивал здраво: куда он денется в таком состоянии?

Так что он терпеливо ждал. Он собирался требовать освобождения от любой ответственности, включая возможные обвинения в смерти Сергея Зараева, и переезда в какую-нибудь теплую, но развитую страну.

Он как раз перебирал варианты, когда к нему заявился неожиданный гость. Никто не предупреждал его об этом, не было ни стука, ни звонка. Мужчина просто вошел в комнату и сел на стул напротив инвалидного кресла Алекса.

Сначала Алексу показалось, что они вообще видятся впервые. Но, присмотревшись внимательней, он все-таки сообразил, что лицо мужчины ему знакомо. Просто раньше Алекс видел его только на фотографиях, и после смерти сына Федор Зараев так сильно постарел, что теперь выглядел лет на шестьдесят, а не на свои истинные сорок.

Алекс не ожидал его встретить. Он вообще не думал о том, что у Сергея есть родители и друзья… Понятно, что есть, но для него реален был лишь объект его ненависти. Когда с Сергеем было покончено, Алекс просто забыл обо всех, кто был с ним связан, позволив им соскребать останки с асфальта.

И вот Федор Зараев оказался перед ним. Алекс вдруг понял, что ему страшно. Очень страшно. Не потому, что перед ним сидит профессиональный военный. И не потому, что Зараев пришел один, а должен был – в сопровождении охраны. Просто было в глазах мужчины что-то такое, что казалось невозможным для человека… То ли беспредельная боль, то ли пустота, то ли все сразу.

– Ты убил его ни за что, – сказал Федор. Негромко сказал, бесцветно, будто лично для него слова о смерти сына не имели никакого значения. Но от этого становилось только страшнее.

– Я не… Вы не так поняли! – попытался оправдаться Алекс. – Это не я… Это ошибка!

Но Федор лишь повторил:

– Ты убил его ни за что. Он был хорошим парнем. Он ничего плохого не сделал – не то что тебе, никому. А ты не просто убил его. Ты провел его через ад. Я все знаю. Они не хотели мне говорить, но я должен был знать.